Главная / Статьи / Церковь / Протестантствующий патриарх
Протестантствующий патриарх
Протестантствующий патриарх
31.10.2017
728

«Господь – свет мой и спасение мое: кого мне бояться?» (Псалом 26:1)

 

Заслуживает ли внимания история Вселенского патриарха православной церкви, который симпатизировал протестантам? Того, кто потратил десятки лет своего служения, чтобы реформировать свою церковь изнутри? Того самого, который исповедовал веру во все основные принципы протестантской реформации и имел мужество заявить об этом во всеуслышание? Того, кто принимал самое непосредственное участие в жизни Киевской митрополии и неоднократно помогал русскому царю?

Конечно, да! Имя этого человека Кирилл Лукарис (1572–1638).

 

От Крита до Киевской митрополии

Наш герой родился 13 ноября 1572 года в Кандии. Так называлась столица греческого острова Крит, ныне Ираклион. Родители назвали будущего патриарха Константином. Семья была бедна, но смышленого мальчика своевременно приметил и взял под свое покровительство влиятельный церковный иерарх Мелетий Пигас, который приходился ему дядей. В то время Крит находился в составе Венецианской республики, поэтому двенадцатилетнего отрока отправляют учиться в церковную школу в Венецию.

Через четыре года Константин уже в числе студентов главного центра итальянского просвещения, в университете города Падуя. Каким-то непостижимым образом посреди свирепствующей Контрреформации местным профессорам удавалось сохранить дух либерализма и даже терпимое отношение к протестантам. Популярнейшим преподавателем Падуанского университета в те годы был никто иной как сам Галилей.

Семь лет студенчества не прошли для будущего патриарха даром. Он овладел языками: древнегреческим, латинским, итальянским, турецким и сербским; изучил философию, риторику, теологию, экзегетику, историю, этику и многое другое. Вернувшись на Крит, Лукарис становится священнослужителем, приняв имя Кирилл. К сожалению, в конце XVI века похвалиться высшим европейским образованием почти никто из православного духовенства не мог. Это была одна из причин того, что Кирилл очень быстро проделал путь от диакона до архимандрита.

В самом конце XVI века Мелетий Пигас, будучи Александрийским патриархом, дважды направляет Кирилла в Западную Русь, находившуюся под польским контролем. На то было две причины. Во-первых, князь Константин Острожский запросил для православной школы в городе Остроге (Ровенская область современной Украины) греческих учителей. А во-вторых, воспитанник иезуитов, новый король Речи Посполитой Сигизмунд III заставил православную церковь пойти на унию, то есть союз с католиками, что резко осложнило обстановку в регионе.

Лукарис становится ректором и преподавателем Острожской академии и параллельно помогает с обустройством школы в Вильно. В 1596 году он участвует на Брестском соборе в качестве патриаршего экзарха. Повлиять на ситуацию Кирилл был уже не в состоянии, и часть епископов Киевской митрополии перешла под юрисдикцию Римского папы. Это был первый этап формирования Русской униатской церкви, которая позднее будет названа греко-католической.

В столь сложных религиозно-политических обстоятельствах Кирилл принимает на себя роль наместника Вселенского патриарха и объявляет епископов, принявших унию, низложенными. В ходе своей смелой деятельности в Речи Посполитой в сердце Лукариса стала возрастать симпатия к тем, кто, как и он, пытался противостоять религиозной экспансии Рима, а это, прежде всего, были протестанты. Кстати, прекрасные отношения с ними развивал и князь Острожский, который с помощью Ивана Федорова опубликовал первое полное издание Библии на церковнославянском языке.

Результат активной антикатолической политики наместника патриарха был вполне предсказуем: коллега Лукариса был убит, а сам он был вынужден спасаться бегством. Однако, неожиданно он отправляется не домой, а в продолжительное турне по странам Европы. Прежде всего он посещает столицы протестантизма Женеву и Виттенберг, где проводит время в диспутах и общении. Затем отправляется в Голландию, Англию и ряд других стран.

 

Реформы дважды патриарха

В тридцать один год Лукарис становится преемником Мелетия Пигаса на Александрийской кафедре, которой управлял без малого двадцать лет (1601—1620). В этот период начинается его обширная переписка с протестантскими богословами. Готовя себе замену, Лукарис послал Митрофана Критопулоса в Оксфорд, а после окончания его обучения настоял, чтобы тот отправился в пятилетнее путешествие по протестантским странам: Англии, Германии и Швейцарии. Стоит отметить, что Критопулос действительно станет патриархом Александрии в 1636–1639 годах.

В 1620 году Кирилл избран патриархом Константинопольским как «знаменитый добродетелью и мудростью». В этом качестве он останется до самого последнего вздоха, хотя с неоднократными перерывами и даже ссылками. Цареградская кафедра, находящаяся под контролем турок, была отмечена частой сменой своих предстоятелей. Тем не менее, и здесь Лукарису принадлежит абсолютный рекорд: никому из Вселенских патриархов не удавалось возвращаться на свой пост пять раз.

Одной из основных проблем православного духовенства было вопиющее невежество. Поэтому новый патриарх возрождает академию в Константинополе (до этого он уже участвовал в открытии школ в Каире и Александрии). Первый вопрос в таких случаях – кадровый. В качестве педагога для патриаршей академии был приглашен ученый Феофил Коридаллей, который был известен своими протестантскими воззрениями. Целая группа молодых греков была отправлена для получения образования в Европу, чему способствовали личные контакты Лукариса.

Вместе с кадровым вопросом обнажается острая нехватка духовной литературы. Патриарх открывает собственную типографию, заказав печатный станок в Англии. Главным цареградским печатником становится Никодим Метаксас, изучивший издательское дело в Европе. За считанные месяцы типография выпускает антикатолические труды Геннадия Схолария, Максима Моргуния, Мелетия Пигаса и самого Лукариса.

Вместе с тем, иеромонахом Максимом Каллиполитом впервые велась работа по переводу Нового Завета на новогреческий, то есть народный язык. Результатом оказался текст, выполненный в две колонки: на языке оригинала и в современном переводе. Смысл данного начинания патриарх объяснил в предисловии: «Так как каждый христианин должен иметь возможность читать Библию».

Постепенно вокруг Кирилла формируется целая команда его воспитанников и последователей, которые в разное время учились на Западе. Кроме уже упомянутых клириков, в него входили Иоанн Кариофилл, Нафанаил Канопий и Захария Герган. Симпатии этой группы единомышленников к протестантизму ярко засвидетельствованы в источниках.

Значительной поддержкой для Лукариса были дипломаты протестантских стран, которые по долгу службы оказались в столице Оттоманской империи. В частности, настоящая дружба связывала патриарха с нидерландским посланником Корнелиусом ван Хагой и английским посланником сэром Томасом Роу. Через последнего для большей сохранности Кирилл преподнес королю Англии Александрийский кодекс – одну из древнейших рукописей Библии на греческом языке, датируемую V веком. Кодекс хранится в Британском музее и активно используется библейскими текстологами.

После того как Роу покинул Турцию, Кирилл знакомится с новым пастором посольства Голландии по имени Антуан Леже, впоследствии ставшим пастором швейцарских вальденсов. А пока в Константинополе этот блестящий знаток библейских языков оказывает патриарху всестороннюю помощь в его образовательных реформах. Среди тех, с кем Лукарис в годы его патриаршества ведет обширную переписку, мы находим одного из лидеров реформатства архиепископа Кентерберийского Джорджа Эббота.

 

Восточное исповедание

Решительные реформы Лукариса вызывали столь же решительное противостояние со стороны католиков и невежественных православных священников. Но особую остроту атаки оппозиции приобрели после выхода протестантского, а еще точнее – кальвинистского по своему содержанию «Восточного исповедания христианской веры», изданного в 1629 году на латыни от имени Кирилла Лукариса.

Издательство "Мирт", 2000http://www.mirt.ru/books/84​ 

Реакцию основной части православного сообщества на «Исповедание» можно вкратце описать как шок. Многие искренне посчитали документ фальшивкой. Тем не менее, в 1633 году выходит вторая редакция того же катехизиса, снабженная греческим переводом и ответами Вселенского патриарха, дополняющими основной текст.

Так что же мы находим в тексте «Исповедания»? Ни много ни мало здесь последовательно изложены основные принципы Реформации. По поводу соотношения Писания и Предания обнаруживается протестантское Sola Scriptura (только Писание):

«Мы должны непоколебимо верить в Писание… Потому и авторитет его выше авторитета Церкви. Ибо велико различие в том, говорит ли Святой Дух или же язык человеческий. Ведь последний по неведению может заблуждаться... Божественное Писание же… всегда непогрешимо и достоверно» (статья 2).

Далее отчетливо просматривается принцип Sola Fide (только верой):

«Никто не может спастись без веры. Здесь мы имеем в виду такую веру, которая оправдывает в Иисусе Христе, которая возникла с жизнью и смертью Господа Иисуса Христа, о которой возвещает Евангелие и без которой никто не может снискать благоволения Божия» (ст. 9).

А в качестве контрольного выстрела в 13-й статье утверждается:

«Мы верим, что человек оправдывается верою, а не делами».

Далее сказано:

«Благодатью Святого Духа воля в возрожденных была пробуждена к жизни и что действует она также не без помощи благодати. Таким образом, для того чтобы человек мог творить добро, благодать предшествует воле» (ст. 14).

Что это, как не Sola Gratia (только благодатью)?

10-я статья посвящена главенству Христа. Единственный Глава Церкви – Христос, земные руководители отдельных церквей лишь первые их члены среди равных. Перед нами протестантское Solus Christus («только Христос»).

Собственно, кальвинистским вероучение Лукариса делает статья 3, в которой излагается учение о двойном предопределении. Кроме того, утверждается, что есть только два таинства: крещение и евхаристия (ст. 15-17), отвергаются учения о повторном крещении, преосуществлении и чистилище (ст. 16-18).

А если вдруг кому-то вышесказанного показалось бы мало, вторая редакция «Восточного исповедания» заканчивается ответом на вопрос об иконопочитании:

«Мы считаем, что любой желающий вправе иметь изображения как Христа, так и святых. Однако нам ненавистно поклонение им и их почитание как действие, запрещенное Святым Духом в Священном Писании, чтобы мы, незаметно для себя, не стали почитать вместо Творца и Создателя – краски, мастерство художника и его творения».

По поводу спорного вопроса об исхождении Святого Духа Лукарис уходит как от православной формулы «от Отца», так и от католической «от Отца и Сына» (Filioque). Он использует компромиссную формулировку: «Святой Дух, исходящий от Отца через Сына, единосущен Отцу и Сыну».

До сих пор среди православных исследователей, многие из которых идеологически скованны, нет общего мнения по поводу авторства «Исповедания». Еще бы, протестантствующий Вселенский патриарх – это не шутки! В целом же данный вопрос в исторической науке вполне можно считать закрытым. Совокупность фактов не оставляет сомнений в том, что автором является именно Лукарис.

Одним из решающих аргументов в данной полемике можно считать анализ обширной переписки патриарха. Так в письме от 1618 года бывшему католическому архиепископу, перешедшему в протестантизм, Антонию де Доминису Кирилл утверждал, что кальвинистское богословие более соответствует Библии, нежели доктрины греческой или латинской церквей. «Большая Российская Энциклопедия» заключает: «Из писем Кирилла Лукариса ясно, что автором [«Исповедания»] был он».

Есть кое-что и кроме переписки. Как известно, обе редакции «Исповедания веры» были отпечатаны в Женеве, что было неоднократно использовано в качестве аргумента против авторства Лукариса. Однако в конце XIX века французский ученый Эмиль Легран изучил архивы женевской консистории и опубликовал протокольные записи Общества пасторов и профессоров Женевской церкви и школы, касающиеся подготовки «Исповедания» к публикации.

В довесок ко всему Легран приложил факсимиле первых восемнадцати строк греческого оригинала «Исповедания», написанного рукой самого Кирилла Лукариса, предлагая сравнить почерк с документами Константинопольского архива. Документ хранится в Женевской Публичной библиотеке, а книга Леграна называется «Эллинская библиография, или Систематическое описание сочинений, обнародованных греками в XVII веке» (Париж, 1894—1896. С. 315-319).

 

Что это было?

Оксфордский профессор Диармайд Маккалох пишет:

«Единственный случай, когда Константинопольская церковь все-таки нашла лидера, попытавшегося взять на себя инициативу и искать творческих перемен, привел лишь к тому, что православные христиане утвердились в своей решимости защищать собственное прошлое: речь идет о крайне трагической жизни Кирилла Лукариса».

При этом трагичность судьбы нашего героя, как он сам был убежден, была предопределена свыше.

Геополитическая обстановка, которая действительно никак не зависела от Лукариса, была чрезвычайно сложной. В годы его патриаршества заканчивалось уже второе столетие турецкого господства над Константинополем и греческой церковью. Вследствие наступательной политики Рима, после каждой новой унии православие теряло духовенство, территории, храмы, прихожан и средства. Европа разрывалась от кровопролитной Тридцатилетней войны между католиками и протестантами.

Посланцы враждующих христианских стран плели друг против друга интриги при дворе султана могущественной Оттоманской империи. Верными псами Римского папы были иезуиты, которые занимались не только образованием и миссией, но и откровенным шпионажем. Их нравственной установкой стало знаменитое выражение: «Цель оправдывает средства». Поэтому они могли использовать подлог, подкуп и все, что угодно. Членам этого монашеского ордена в интересах папской курии было даже разрешено ухаживать за дамами, что, впрочем, не сильно пригодилось им в мусульманских странах.

В данных обстоятельствах для Кирилла Лукариса был небогатый выбор. Пытаясь вывести свою церковь из кризиса и взяв антикатолический курс, он с юных лет привык видеть естественных союзников в протестантах. Кроме того, православная церковь объективно была слаба и в богословском отношении. Что можно было противопоставить «Сумме теологии» Фомы Аквинского или доктринальным решениям Тридентского собора? Опорой православия были постановления Вселенских соборов, прежде всего отвечавшие на запросы давно минувших дней, а также остальные тексты внутренне противоречивого предания в его размытых границах.

Вот почему крайне неверно видеть в Лукарисе предателя православия. Наоборот, он был его искренним защитником, в первую очередь от латинства. Это ярко видно в его стараниях помочь Киевской митрополии. Например, уже в годы патриаршества он оказывал духовную помощь Луцкому и Львовскому братствам.

Важно понимать, что «Исповедание веры» Кирилла Лукариса, переведенное на европейские языки, стало первым систематическим изложением догматического учения после «Точного изложения Православной веры» Иоанна Дамаскина, появившегося еще в VIII веке. Судя по всему, патриарх перед главным трудом своей жизни ставил тройственную задачу: укрепление в своей пастве антикатолических настроений, создание теологического базиса для реформирования современной православной церкви и утверждение фундамента для диалога с другими церквями.

Таким образом, как бы неожиданно это ни прозвучало, но протестантизм был созвучен православию XVI и XVII столетий по целому ряду причин. Среди них и решительное отвержение католицизма, и серьезное обращение к главному первоисточнику христианства – Библии, и стремление к пресловутому многополярному миру, то есть к религиозному и политическому балансу в Европе и за ее пределами.

 

От еретика до священномученика

К сожалению, как современники Кирилла Лукариса, так и многие потомки, его усилий не оценили. Силы оппозиции в виде союза римо-католиков и прокатолически настроенных греков возрастали. После ложного обвинения в том, что патриаршая типография выпустила трактат Лукариса, оскорбляющий ислам, солдаты великого визиря уничтожили печатный станок (именно поэтому «Исповедание веры» и было отпечатано в Женеве). Когда обман вскрылся, иезуитам пришлось покинуть Константинополь, но вокруг патриарха кольцо продолжало сжиматься.

После розыгрыша религиозной карты враги Лукариса пускают в ход политику, в которую патриарх был неизбежно вовлечен. Теперь интересы католиков отстаивают французский и австрийский посланники. На французского дипломата давит сам король Людовик XIII:

«Я уже письменно требовал от Вас всех усилий для того, чтобы свести с престола Константинопольского патриарха, потому что он гугенот и заражен ересью».

Несколько раз противникам Кирилла удается отправить его в ссылку. Однажды дело дошло даже до предания патриарха анафеме. Все это очень напоминает противостояние славного епископа Александрии Афанасия Великого с арианами в IV столетии. Когда становится очевидным, что новые руководители ведут к объединению с Римом, вновь обращаются к Лукарису. Однако его влияние сходит на нет. После того как Антуан Леже уезжает на родину, протестантствующий патриарх пишет женевским пасторам: «Господь – свет мой и спасение мое: кого мне бояться?»

С явным неудовольствием за борьбой Кирилла наблюдал, возвышаясь над своим Диваном и Портой (так называлось правительство Оттоманской империи), султан Мурат IV. Особо внимательны турки были к контактам патриарха с русским царем, которому Лукарис часто оказывал не только религиозные, но и политические услуги. Сам Мурат пытался манипулировать Лукарисом, чтобы втянуть Михаила Федоровича в войну против Сигизмунда III.

Весной 1638 года завистник и претендент на патриарший престол епископ Кирилл Контарис договорился с послом австрийского короля путем подкупа окончательно сместить ненавистного тезку, чтобы занять его место. К слову, каждый претендент на патриаршество для утверждения султаном был обязан внести весьма круглую сумму. Вскоре был пущен слух о том, что донские и запорожские казаки захватили Азов по внушению патриарха, и что теперь он призывает их осадить Царьград, чтобы поднять греков на восстание против турок. Время было очень непростое, поскольку турки как раз вступили в войну с персами.

Терпение султана лопнуло, и по его приказу Лукарис был арестован. Патриарха вывезли на корабле в море и после удушения бросили в Босфор. Это произошло 27 июня 1638 года. Дело открылось случайно: солдаты продали вещи убитого, среди которых был наперсный крест, который кто-то узнал. Впоследствии тело патриарха было найдено православными монахами и с почестями предано земле. Сейчас его прах покоится в монастыре на острове Халки.

Четыре поместных собора подряд предали учение Кирилла Лукариса анафеме: в 1638 году – в Константинополе, в 1640 году – в Яссах, в 1642 году – снова в Константинополе и в 1672 году – в Иерусалиме. Правда, второй и третий соборы из этой череды в отличие от собора, созванного Кириллом II Контарисом три месяца спустя после смерти Лукариса, провозгласили «Исповедание» подлогом. Кроме того, на соборе в Яссах было утверждено «Православное исповедание веры» Киевского митрополита Петра Могилы, которое явно базировалось на католических учебниках.

Тем не менее, в XXI веке судьба Кирилла Лукариса получила неожиданное продолжение. В 2009 году Александрийская православная церковь канонизировала его как священномученика, «твердого защитника веры», отдавшего жизнь ради Христа и Божественной Истины. Ирония судьбы еще и в том, что с тех пор александрийские иконописцы неоднократно изображали лик святого патриарха.

Увы, христианский мир по-прежнему разделен. Многие почти четыре столетия кряду продолжают считать, что один из Вселенских патриархов «оклеветал всю Восточную Христову Церковь, будто бы она мыслит, как Кальвин».

И все же служение Кирилла Лукариса без преувеличения можно назвать самой решительной попыткой реформировать православную церковь. А сам он писал так:

«Думаю, что только серьезное исправление жизни и большая сила молитвы с обеих сторон может, с помощью Божьей, привести христианский мир к согласию».

 

https://mchernyavsky.ru

Читать по теме