Главная / Статьи / Взгляд / Солнечный человек

Стоим на остановке, ждем свою маршрутку. Не наши автобусы проплывают, как стая акул, останавливаясь на минуту, чтобы выплюнуть горстку людей и съесть свеженьких.

Впереди нас стоит мужчина лет 25-30 в красном женском берете.

– Этот человек какой-то ненормальный, что-то у него психическое, – так я отреагировала на красный женский берет.

Этот берет, как платок тореадора, мелькает перед мордами автобусов, прыгая от одного к другому, лишь откроются двери. Словно эти автобусы сделают его миллионером. Толстый, странный, явно сумасшедший мужик грубовато заталкивает людей в автобус, подает выходящим свои неуклюжие руки.

Лишь бы он не подошел ко мне со своими странными руками, детскими повадками переростка. Я этого не хочу! Я НЕ ХОЧУ ЕГО ВИДЕТЬ, СЛЫШАТЬ, ЧУВСТВОВАТЬ. Он меня раздражает, мне стыдно за его поведение, я стесняюсь стоять с ним на одной остановке. Он оскверняет мой мир, где нет места для ненормального дурачка в красном берете.

Да и не только в моем мире. Люди вокруг смотрят на него и смеются, они презирают его, брезгуют им. Они не хотят его помощи.

– Я не хочу, чтобы он меня подсаживал! – повторяю я как мантру уже в третий или в четвертый раз своей подруге, как будто она может защитить меня. Она не может, да и не хочет, лишь смотрит на меня недоумевающе. Она вообще не в теме, как будто в ее мир никто не ворвался и ей ничуточки не стыдно.

– Мне его жалко, – пытаюсь сказать что-то приличное.

– Пожалей себя, – отрезала подруга.

***

Стоим на остановке, ждем свою маршрутку. Не наши автобусы проплывают, как пароходы по запруженной реке своей чередой, пассажиры снуют по трапам.

– Этот человек какой-то ненормальный, что-то у него психическое, – вдруг выдает моя подруга. О ком это она? Здесь много людей.

Впереди стоит мужчина в красном берете. «Солнечный» человек. Я радуюсь, видя его, потому что это большая редкость увидеть солнечного человека такого уже взрослого. Зачастую их жизнь короче, сердце слабое. А этот – счастливчик.

Красный берет подмигивал и летал, как светлячок в поле, от автобуса к автобусу, от двери к двери. Мужчина подскакивал к дверям, чтобы услужливо подать руку выходящим и помочь входящим. Конечно, его услуга была несколько медвежьей, но большинство реагировали спокойно.

Вот семья. Солнечный человек сначала помог войти мальчику, а потом подтолкнул и уже вошедшего папу. Сын и отец спокойно приняли такую помощь.

Вот женщина, выходя из автобуса, быстро сориентировалась и протянула в ответ свою руку и сказала: спасибо.

Я почти никогда не бываю на этой остановке. Я подумала, может быть это Cолнце каждый день на этой остановке мелькает своим красным беретом и подает людям свое тепло. Люди привыкли к нему, как к ларьку на остановке или как вот к этому дереву. Уедет кто-нибудь в отпуск в теплую страну или просто пожить куда-нибудь, а потом вернется, выйдет вот на этой остановке, Cолнце подаст ему руку, и он подумает что-то типа того, что «мир стабилен», или «жизнь прекрасна» или «ну вот я и дома».

– Мне его жалко, – вырывает меня из моих мыслей подруга.

– Пожалей себя, – недоуменно отрезала я.

***

Приходим домой. Солнечный человек остался на остановке вместе с нашими мыслями о нем. Я просматриваю сообщения и натыкаюсь на видео об Аркадии, который пишет стихи для группы «Дружки». Я это видео давно знаю, мне оно кажется интересным.

– Кстати, ты знаешь Аркашку? – говорю я и, ничего не предполагая, протягиваю телефон подруге. Она начинает смотреть. И… плакать.

Я не сразу сообразила, что там такого слезного. Но мелькнул в памяти красный берет. И я начала все понимать.

***

Приходим домой. Красный берет остался на остановке вместе со своей неуклюжестью и моим стыдом.

– Кстати, ты знаешь Аркашку? – спрашивает подруга. Ничего не подозревая, я беру протянутый телефон. Начинаю смотреть. И… плакать.

Георгий вносит Аркадия на руках, переводит его слова. Я вижу дружбу, глубокие отношения между «нормальным» человеком и инвалидом со скрученным в жгут телом. В моем понимании дружба должна быть равной, а это не она. В моем понимании здоровые – это высшая раса, и должны быть со здоровыми. Больные – с больными и подальше от нас. От нас, здоровых и успешных о двух ногах и двух руках.

В памяти мелькнул Солнечный человек. Его старания быть полезным тем самым здоровым и успешным, к которым я себя относила. Я вспомнила тех, кто смеялись, презирали и брезговали. Это же я презирала и брезговала. Это я чувствовала стыд за то, что он есть. За то, что он существует – этот человек. За то, что он посмел переступить границы моего мира.

И Аркадий посмел. Нет, Аркадия внесли. А от того, что его внесли – здоровый успешный человек о двух ногах и руках вступил в мой мир – я не могла захлопнуть перед ним дверь, а на руках – Аркадий. А следом вошла Наталья – жена Аркадия. Она так легко улыбнулась. Развесила на моих стенах свадебные фотки, и стены рухнули. Больше я не защищена. Больше нет границ, которые можно нарушить неосторожной поступью хромой ноги, или тяжелыми прыжками Солнечного человека, или колесом инвалидной коляски. Стены рухнули слезами.

***

Стою на остановке, жду свою маршрутку. Не мои автобусы борются за место у причала, как майские жуки слетаются на свет фонаря у остановки. Разноцветные люди высыпаются из брюха, другие спешат внутрь, чтобы оседлать железного жука и поехать домой.

Красный светлячок снова мелькает между ними. И… он подает мне руку. И… мне приятно. Его зовут Алексей. Я говорю ему спасибо, и сажусь не в свой автобус. Мой мир стал другим, границы куда-то исчезли, и уже нечего нарушать. А может быть, границы только отодвинулись? Но это уже другая история.

Фото: "Солнечный человек" Татьяна Бобровских

"Мирт" в Телеграме - https://t.me/gazetaMirt​

Тэги:   мысли   
Читать по теме
Социум
02.05.2018
209