Главная / Статьи / Церковь / КАК НЕ ПУСКАТЬ ИИСУСА В ЦЕРКОВЬ
КАК НЕ ПУСКАТЬ ИИСУСА В ЦЕРКОВЬ
КАК НЕ ПУСКАТЬ ИИСУСА В ЦЕРКОВЬ
24.09.2011
936

Книга Откровения Иоанна Богослова 3:14-22

Меня завораживает картина Ван Гога «Звездная ночь». Глядя на нее, невольно вспоминаешь слова Эммануила Канта: «Две вещи убеждают меня в существовании Бога – звездное небо у меня над головой и нравственный закон у меня в сердце».

Божественная красота ночного небосклона, отраженная в сознании художника, кажется духовным апофеозом пост-рембрандтовской фламандской живописи, пока болью в сердце не отдается одна деталь. На залитой холодным лунным светом земле, среди прижавшихся друг к другу хижин, излучающих тепло домашнего уюта, совершенно инородным телом выделяется зияющее пустыми глазницами темных окон здание церкви. В нем нет ни света, ни тепла, ни чувства, ни жизни.

Почему снова и снова мы встречаем в картинах Ван Гога все тот же навязчивый образ – церковь без света, церковь без жизни, церковь без дверей? Почему он, сын пастора, изучив все, что нужно знать о Христе, так и не познал Самого Христа? Может быть, он все-таки искал Господа, но так и не нашел Его в церкви? Может быть, именно поэтому жизнь художника сложилась столь трагично? Мы можем об этом только гадать, погружаясь в образы его картин. Ведь для подлинного художника каждая картина – исповедь.

В предлагаемом к размышлению фрагменте книги Откровения Христос повелевает передать не кому-то лично, а целой церкви Его слова: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною».

В церкви тихо и спокойно. Она – ни холодна, ни горяча. В ней, казалось бы, есть все, что необходимо. Она разбогатела и, вроде, ни в чем не имеет нужды. Одного лишь не хватает – Того, Кто стоит за дверью. Того Единственного, без Которого все прочее – бессмысленно.

Он стоит у двери. Он хочет, чтобы мы сами, убрав все недостойное, впустили Его. Он – Бог-Ревнитель, и когда мы пытаемся заменить Его реальное присутствие чем-либо иным, Он не станет нам мешать. Как говорил Клайв Льюис, люди бывают двух видов: те, что говорят Господу: «Да будет воля Твоя», и те, которым Бог говорит: «Ну что ж, пусть будет по-твоему».

Как же мы умудряемся не пускать Иисуса в церковь? Для этого есть два надежных, веками испытанных способа. Первый из них – административный способ церковного руководства. Это то, что мы могли бы назвать церковной бюрократией. В этом случае во главе церкви стоит пастор. Он является ее руководителем; он разрабатывает стратегию и воплощает в жизнь собственные замыслы развития общины. В таких церквах любят говорить о планах роста церкви на ближайшие годы, о целеустремленности, о развитии и прогрессе. Основная форма взаимодействия членов такой церкви – вертикальная, сверху вниз. Пастор принимает решения, дает указания, осуществляет нововведения, и вся церковь живет в соответствии с его идеями.

Второй способ на первый взгляд кажется куда более надежным и стабильным. (Кто захочет быть заложником мнений, решений и указаний одного-единственного человека?) Это – способ всеобщего управления церковью, или – церковная демократия. В этом случае община принимает решения соборно, и, по сути дела, каждый верующий руководит ею в равной степени. Но в этом случае существует негласное правило – всё нужно делать так, чтобы все остались довольны, и в результате жизнь церкви определяется привычками и традициями. Ведь людям спокойнее, чтобы всё оставалось таким, к чему они привыкли, и чтобы всё происходило так же, как всегда. Взаимодействие членов церкви в этом варианте тоже вертикальное, но не сверху вниз, а снизу вверх.

Тем не менее, в обоих случаях, будь то бюрократия – модель, заимствованная их мира бизнеса, или же демократия – модель, заимствованная из мира политики, церковью руководят люди. А Слово Божье учит: «Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух» (Ин. 3:6).

Церковь должна соответствовать Божьему замыслу о ней, потому что она – Его, а не наша. «Вы куплены дорогою ценою, – учит Писание, – не делайтесь рабами человеков» (1 Кор. 7:23), будь то один человек или все вместе взятые. И потому нам надлежит искать Божью волю и строить церковь в соответствии с Его замыслом и той моделью поместной церкви, какую находим в Его Слове.

Нам надлежит помнить, что Главой как всей вселенской Церкви, так и каждой поместной общины является Христос, и библейский путь церковного руководства – не бюрократия и не демократия, а христократия. Христос – Царь, и церковь – Его Царство! Он – Самодержец, Помазанник Божий. Мы все – Его подданные; мы – у Него на службе. Взаимодействие членов в церкви Божьей горизонтальное – все совместно служат друг другу, взаимно назидая и поддерживая друг друга.

В соответствии с библейским образом поместной общины ее развитие должно определяться не решением одного человека или голосованием множества людей, но – водительством Духа Святого. Безусловно, Дух Святой может вести народ Божий как через одного человека, Своего пророка, так и через всеобщее послушание общины Божьей воле. Но очень важно помнить: нельзя подменять Божье водительство человеческими решениями – коллективными или административными.

В случае бюрократической формы управления служители распознаются по профессиональным навыкам. Затем неизбежно провозглашается иерархия различных уровней служения, дабы у служителей существовал мотив продвижения по служебной лестнице. А если в самой общине нет подходящего человека для выполнения определенного служения, та может нанять его со стороны. Но место ли наемникам в церкви Христовой?

Когда же в церкви практикуется демократия, служители определяются умением ладить с людьми – делать что-либо так, чтобы все остались довольны вне зависимости, правильно это или нет. В этом случае община является главой самой себя, и задача служителя – ублажать общину, ее желания, ее интересы. Он будет как можно реже проповедовать о том, что общине может не понравится, например, – о жертвенности, о покаянии, и т. п. Он будет говорить только то, что льстит слуху большинства, ведь, в отличие от бюрократического подхода, служители в этом случае не нанимаются, а избираются общим голосованием.

Но если во главе церкви – Христос, Он Сам взращивает Своих служителей, причем – в каждом из нас. Ведь Писание говорит, что каждый верующий – служитель Божий, каждого Господь и призывает к служению и наделяет необходимыми для этого дарами Святого Духа. Причем всех – разными, ведь как нет одинаковых людей, так нет и одинаковых служений; каждый выражает свою любовь к Богу по-своему. И церковь отделяет своих членов на служение не ради заполнения должностной вакансии, а для выполнения определенной функции, к которой Господь их призывает.

Ведь церковь Божья – это организм, тело, и в организме каждый орган имеет свое уникальное предназначение. Потому-то и церковь должна быть органичной, то есть быть совокупностью органов. Она должна быть Телом.

Однако у привыкших к бюрократическому или демократическому способу управления, органичные церкви вызывают недоумение. Такие общины неформальны, мало организованы. Как же можно ими управлять? Где их структура? И как же – без стратегии?

А никакой стратегии и нет. Есть функции, и вам могут рассказать, кто чем в этой церкви занимается, кто за что отвечает. Но формальной структуры, как таковой, в ней нет, и управлять органичной церковью в мирском смысле этого понятия, т.е. манипулировать ею, невозможно – это не гамлетовская флейта.

Писание говорит: «Вы - род избранный, царственное священство, народ святой, люди, взятые в удел, дабы возвещать совершенства Призвавшего вас из тьмы в чудный Свой свет» (1 Пет. 2:9).

Кто же такие священники? Это те, кто призван совершать богослужение, приносить жертвы. Причем – доброхотно, радостно и благоговейно. Священство – не обязанность, а честь и привилегия. Если же мы приходим в церковь не для священнодействия, если пренебрегаем своим долгом царственного священства, то мы – лишь потребители. А если церковь еще и поддерживает нас как служителей материально, то мы превращаемся в наемников.

Не чувство озабоченности, не чувство долга, не чувство солидарности, а именно трепет, восторг и благоговение являются признаками подлинного богослужения. Задумайтесь: когда Апостол говорит об устройстве церкви, он не ему находит иного определения кроме как «тайна» – тайна домостроительства Божьего (Еф. 3:9). И, более того, он не находит другого способа описания этой тайны, кроме молитвы – молитвенного обращения к Триединому Богу – Отцу, Сыну, Святому Духу, – и… к церкви, как земному носителю этой божественной полноты. Он взывает с мольбой к нам с вами! Прочитайте и вслушайтесь внимательно - Ефесянам 3:14-4:16.

Что мы видим? Тело Христово созидает само себя при действии в свою меру каждого члена! Миссионеров, проповедников, благовестников, учителей Господь поставил в церкви для обучения каждого верующего на дело служения! В церкви мы не призываем обученных, а обучаем призванных.

Единение с Богом в поклонении неизбежно меняет нас в образ, в соответствии с которым мы были сотворены изначально. А меняемся мы, меняется и церковь – организм из нас, своих органов, состоящий.

Когда же церковь строится по бюрократическому принципу, какие-либо изменения возможны лишь как результат решения ее руководства. В этом случае любая инициатива какого-либо члена церкви воспринимается как угроза авторитету руководителя и, следовательно, – угроза всей организации. Подобным образом угрожает его авторитету и любой риск, ведь всякая неудача воспринимается как личное поражение руководителя, поскольку он – тот, кто отвечает за все. И потому, с целью уменьшения риска, какое-либо решение чаще всего принимается на основании исследований и анализа.

Если же в церкви – демократия, то изменения вообще редкость, потому что стольким людям нелегко достичь единого мнения. Если же и вводится что-либо новое, то – в результате голосования. (Интересно, если бы перед потопом решили проголосовать, стоит ли строить ковчег, чем бы дело кончилось?) Основанием же для решения являются результаты опросов и анкетирования – скажем, куда переставить пианино? Или – в какой цвет перекрасить стены? Или – какие проповеди вы хотели бы послушать?

В демократической церкви личная инициатива тоже воспринимается, как угроза всей организации, ведь нововведения угрожают традициям: «Мы никогда так не делали». Недаром возникла даже поговорка: «Знаете, в чем разница между террористом и лидером музыкального служения? С террористом иногда можно договориться». Если цель – чтобы все были довольны, естественно, о каких переговорах может быть речь? У нас всегда так было и так всегда будет. Инициатива и, тем более, возможность риска угрожают сложившимся порядкам, а если постигает неудача, то это – коллективная трагедия всей общины.

Но там, где царит Христос, изменения неизбежны. Община постоянно преображается по мере преображения каждого из ее членов в результате действия Святого Духа. Бог, призывая человека, наделяет его видением для служения, и решения принимаются каждым индивидуально. Никто не вправе говорить нам, что мы что-то должны – никто никому ничем не остается должен кроме взаимной любви. Христос заплатил за все наши грехи сполна, мы – свободны. Приносить ли Богу дар благодарности или нет – исключительно наше дело, и история Каина и Авеля учит, что порой дар лучше не приносить, если этот дар этот – порождение обязанности, а не благодарности.

Мы часто говорим: «Я бы делал, чего Бог от меня хочет, но откуда мне знать, чего именно Он от меня хочет?». Ответ прост: делай то, что перед тобою в данный момент – это и есть то, чего Бог от тебя хочет. Ведь чтобы пройти свой путь, нужно сделать первый шаг, а если ты не доверяешь Богу даже в первом шаге, то зачем Ему показывать тебе всю дорогу? Бог не устраивает шоу на потеху публике, Он ожидает от нас верности шаг за шагом.

Хотим мы, чтобы наша церковь была подобна изображенным на полотнах Ван Гога, или – чтобы она имела основание, художник и строитель которого Бог? Для этого нам необходимо, подобно Аврааму, проявлять верность Богу и Его замыслу о церкви. Для этого нам необходимо постоянно пребывать в служении, молитве, общении, изучении Писания, распознавая и развивая свои дары, чтобы их приносить Господу как жертву.

Горячие церкви живут любовью к Богу. Для них служение всегда – жертва, ведь для того, кого любишь, ничего не жалко! Холодные церкви живут милостью Божьей. И их служение – деятельность, ведь чего ни сделаешь для того, в ком нуждаешься! Но проблема в том, что многие церкви сегодня ни холодны, ни горячи. Сегодня, наверное, еще в большей степени, чем две тысячи лет назад, когда Иоанн записывал Откровение Иисуса Христа, которое дал Ему Бог.

В эпоху всеобщего потребительства мы приходим в церковь, как в супермаркет. Мы всё примеряем на себя, всё попробуем: понравится - не понравится, подойдет - не подойдет. Мы выбираем свой фасон, свой цвет, свой размер. Мы сделались духовными потребителями, а церковь – «духовным потребсоюзом». Но в церкви Христовой ничто не должно быть нашего размера – все должно быть Божьего размера. И если я отдаю что-то, я должен отдавать в Божьем размере; если я служу, я должен служить в Божьем размере. Если я прихожу в церковь, то не для того, чтобы получить, а чтобы отдать, чтобы представить себя в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения (Рим. 12:1).

Хотите найти такую церковь, чтобы она вам нравилась? Ищите ее. Это – занятие на всю жизнь. Никакое собрание людей не сможет дать вам необходимого. Ваши истинные нужды удовлетворит только Бог. Хотите иметь такую церковь, чтобы она нравилась Христу? Созидайте ее, потому что вы – ее часть, ее член, ее орган. Развиваетесь вы – развивается вся церковь. Развивайте ее своим служением.

Иисус стоит у двери и стучит. Иисус стоит у двери каждой церкви. Иисус стоит у двери нашей церкви. Пускать ли нам Его?

Полная версия на сайте www.bez-sten.com