Главная / Статьи / Церковь / КРЕСТ И ПОЛУМЕСЯЦ: ДИАЛОГ ИЛИ КОНФРОНТАЦИЯ?-2
КРЕСТ И ПОЛУМЕСЯЦ: ДИАЛОГ ИЛИ КОНФРОНТАЦИЯ?-2
КРЕСТ И ПОЛУМЕСЯЦ: ДИАЛОГ ИЛИ КОНФРОНТАЦИЯ?-2
24.09.2011
668
Продолжение. Начало в № 2(21), 2000

Ислам и христианство в России
    Положение ислама в России освещено достаточно подробно и глубоко — тут мы должны отдать должное отечественным исламоведам. Благодаря их трудам мы лучше информированы о положении дел в российском исламе, чем, скажем, о положении российского православия (складывается впечатление, что все просто боятся касаться этой темы).

    Наши специалисты различают несколько поясов распространения ислама, один из них — Северный — простирается от Синьцзяна в Китае до Боснии на Балканах, куда входит и часть российских территорий. Иногда этот ислам называют периферийным (заметим, что христианство и буддизм в России некоторые аналитики тоже считают периферийными).

    Мусульмане России, и не только России, нередко считают всю российскую территорию исконно исламской. Однако в собственно России к мусульманским землям традиционно относят Татарстан и Башкирию, территории в бассейне Волги от Нижнего Новгорода до Астрахани, Северный Кавказ (Дагестан, Чечню, Ингушетию и другие республики в составе РФ), Южную Сибирь. Большие мусульманские общины существуют практически во всех крупных городах России, только в Москве их более полумиллиона.

    Утверждается, что в России проживает около 15 млн. мусульман, хотя встречалась цифра и 10-12 млн, и 30 млн. Следует иметь в виду, что средний мусульманин в России куда теснее привязан к своей общине и строже выполняет предписания своей веры, чем средний российский христианин — своей. Понятие "христианин вообще", о котором уже доводилось писать, в России вполне естественно, а вот понятия "мусульманин вообще" нет и быть не может.

    Важно отметить, что, в отличие от стран Запада, ислам в России не пришлый, а автохтонный. Его издавна, еще до принятия христианства, исповедовали многие народы и поныне населяющие Россию. С каких именно пор — тут, кажется, нет единого мнения. Вскоре после празднования 1000-летия принятия христианства Русью, мусульмане нашей страны отметили 1100-летие принятия ислама. Но затем дату отодвинули еще дальше. На одной из конференций довелось услышать — 651 год: тогда арабы появились на территории нынешнего Дагестана, и многие мусульмане склоняются к тому, чтобы перенести дату появления ислама в VII век, вскоре после смерти Мухаммеда.

    В результате монгольского нашествия территория ислама расширилась, Золотая Орда приняла ислам. После ее падения православие медленно начало отвоевывать у ислама его земли. Бассейн Волги, издавна заселенный мусульманами, русифицировался: земли раздавались русским помещикам, которые переводили туда население из коренных русских областей. До середины XVIII в. официальная политика царского правительства состояла в обращении мусульман в православие. Долгое время шли так называемые Кавказские войны, тоже не улучшившие отношения с мусульманами, — тогда до миллиона мусульман эмигрировали в Оттоманскую империю, их потомки до сих пор живут в странах бывшей Оттоманской империи и вряд ли испытывают симпатии к России.

    Не вызвали их и гонения на веру при коммунистах. Поначалу, правда, они пытались использовать ислам в своих целях, и в 1921 г. в Москве даже прошел Общемусульманский съезд: большевики хотели поднять мусульман против мирового капитализма. Потом от этой идеи отказались и перешли к преследованиям, только с 1918 г. по 1933 г. были закрыты 3560 мечетей.

    Однако ислам не исчез, он, скорее, ушел в подполье, но влияния не утратил. Даже местная партийная верхушка как-то учитывала интересы мусульман, причем Москва знала далеко не обо всем происходившем в этой сфере. У мусульман России существовали две параллельные религиозные структуры: официальная, зарегистрированная в органах власти, и неофициальная, нигде не зарегистрированная. По официальным данным, на 2/3 территории Северного Кавказа не было ни одной мечети и ни одного служителя мусульманского культа, о чем местные партийные боссы с гордостью докладывали в Москву. А по неофициальным, там действовали 146 подпольных мечетей, 200 мулл и до 2000 мусульманских братств.

    Отношения ислама с православием были сложными, многие мусульмане обрусели, особенно в центре России, хотя на окраинах Российской империи им не мешали следовать предписаниям своей религии. В целом Россия как-то умела находить общий язык со своими мусульманами, и, хотя бывали и трения, уж очень крупных недоразумений не возникало. Да и с внешним исламским миром ее отношения были и остаются лучше, чем, скажем, у США.

    Однако и тут не без сложностей. Все-таки не так уж мало мусульман в мире считает, что Россия отторгла от мира ислама "северный пояс" и насаждала там сначала "ложную религию", а потом и вовсе безбожие. Не способствовали взаимопониманию России и исламского мира наша акция в Афганистане, а сейчас события в Чечне. Умма, исламская община, не выдумка ученых: мусульмане всего мира ощущают свое единство. События в одной части исламского мира непосредственно затрагивают мусульман в другой его части: когда мусульманин в Тунисе бросает бомбу в российское консульство "за Чечню" или в Ливане по той же причине нападают на наше посольство, то делают это, так сказать, "по зову сердца", равно как по тому же "зову" едут воевать в Чечню. В этом и состоит главная опасность: дело не только в организаторах враждебных акций, дело в таком вот мироощущении, которое всегда найдет организаторов для своего выражения. И наоборот: не будь такого мироощущения, никакие организаторы его бы не создали.

    Это мироощущение явно недоучитывается. Позиция России в событиях на Балканах, а сейчас в Чечне, вызывает у российских мусульман большие сомнения. Торжественные заявления наших руководителей и даже представителей официальной церкви типа "война на Кавказе не имеет религиозного характера" немногого стоят. Как говорят на Востоке, чтобы хлопнуть в ладоши, их должно быть две, и если другая сторона считает войну религиозной, то разубедить ее невозможно.

    Мусульмане не так уж редко сталкиваются с проявлениями не дружественности, жалуются, что в стране сложился стереотип представлений о мусульманах как о кровожадных фанатиках. На официальных мероприятиях представители власти и нашей официальной церкви говорят исламским лидерам приятные слова, а в жизни случаются досадные недоразумения. То дадут разрешение на строительство Исламского центра в Битце (Москва), то отберут (возражает православная общественность). Мусульмане говорят, что со времен Елизаветы Петровны им пытаются навязать должности, соответствующие "патриархам" и "епископам" — так властям проще (на требования создать неведомые им централизованные структуры жалуются и другие верующие). То на мусульманское богослужение врывается милиция и учиняет поголовную "проверку документов". А то спецслужбы совершат налет на квартиру уважаемого шейха, который всегда был лоялен к власти, но после налета говорит о "патологическом недоверии" к мусульманам в России.

    Эти недоразумения не способствуют нормальным межконфессиональным отношениям. И неудивительны такие заявления: "В российской администрации и правительстве нет людей, которые бы понимали ислам, которые бы знали, что такое исламская политика и принципы исламского религиозного вероучения, непременной составляющей включающие в себя концепцию социальной справедливости, исламской власти, концепцию права и политики, как форму проявления воли Всевышнего Аллаха".

    И все же в целом мусульман России отличает благоразумие и взвешенность при решении религиозных вопросов. Они не считают Россию "домом войны", достаточно умеренны и одно время говорили даже о своей принадлежности к евроисламу, т. е. к такому исламу, который признает нормы международного права, достоинство личности, права человека и т. д.

    В то же время надо признать, что некоторые заявления мусульманских деятелей вызывают беспокойство, в частности, рассуждения о неотвратимости превращения России в исламское государство. Этого, между прочим, опасался еще Владимир Соловьев:

	Судьбою павшей Византии
	Мы научиться не хотим,
	И все твердят льстецы России:
	Ты — третий Рим, ты — третий Рим.
    Судьбу "православной Византии", в 1453 г. павшей под ударами турок-османов, России предрекают многие исламские теоретики. И не только теоретики. Вот диалог журналиста с простым верующим в Дагестане: "Ваша цель — выход Дагестана из России? — Еще чего! Россию мы не отпустим и никому не отдадим. Наша задача распространять ислам в России, только таким путем можно спасти эту страну".

    А в 1997 г. в Киеве вышла любопытная книга под названием "Наша борьба, или повстанческая армия Имама". Несколько цитат из нее:

    егодня русские говорят о так называемом возврате "русских земель", а мы объявляем этим подонкам и негодяям о возврате исконных кавказских земель... вам надлежит забыть Астрахань, бывший Хаджи Тархан, то есть свободный князь... завтра поднимается на последнюю и кровавую битву весь кавказский народ, вам следует немедленно... оставить названный вами Волгоградом Царицын с его настоящим именем Са-ры-Тын... Вон из наших земель, и чтобы вы никогда больше не заикались об Азовском, Черном или Каспийском море" (НГ 8.07.1998, с.12)

    От подобных заявлений, согласимся, становится не по себе. Однако их не следует выдавать за мнение сколько-нибудь значительной части мусульман нашей страны. Для нас существенно, что на территории бывшего СССР большую часть приверженцев ислама составляют сунниты и тюрки (только таджики и азербайджанцы — шииты, но таджики не тюрки, а персы), в нынешней РФ они и вовсе преобладают. Это означает изначальное предпочтение "турецкой модели" развития, более умеренной. Однако, кто знает, как сложится ситуация в самой Турции?

    И все же исламский фундаментализм в России обозначился достаточно четко. Говорят о создании государства Туран, которое объединило бы все тюркоязычные народы от Средиземного моря до Тихого океана, а это означает расчленение России. (Когда некоторые мусульмане заговорили о восстановлении Казанского и Астраханского ханств, наши востоковеды тут же заговорили о "Волжском разломе", по которому может переломиться Россия.) Как и на Западе, существует демографический фактор: идет депопуляция России, но при этом относительный удельный вес мусульман все время увеличивается.

    Активны в России и ваххабиты, хотя этим словом явно злоупотребляют и просто пугают: всякое выражение недовольства мусульман, а для него часто есть основания, непременно выдают за фундаментализм, за ваххабизм, за попытку отделиться от России и т .д.

    Между тем сепаратизм в России строго локализован и имеет какую-то поддержку только в Чечне. Мусульмане и их духовные лидеры в других регионах России отнюдь не жаждут установить у себя тот порядок, который осуществлялся в "независимой Ичкерии". Так что едва ли есть основания говорить об "эффекте домино". К тому же мусульмане России явно расколоты. Если до начала перемен в стране существовало всего два духовных управления мусульман (ДУМ), то сейчас их около сорока, и они никак не могут договориться друг с другом. Время от времени говорят о намечающейся консолидации, но затем все опять идет вспять.

    Однако появился новый фактор. В Третью Государственную Думу прошли несколько депутатов-мусульман, и к их мнению, скорее всего, будут прислушиваться мусульмане России. Они представляют движение Рефах, которое может стать объединяющим фактором. Но тут возникает еще одна проблема: мусульмане уже представлены в нашем парламенте, а РПЦ отказалась от участия в политической борьбе и запретила своим служителям избираться в органы власти. И, надо отдать ей должное, это требование соблюдается неукоснительно. Но если в Думе появляются люди в чалмах, то логика требует и появления людей в рясах. И трудно сказать, откроются ли здесь новые возможности сотрудничества или появится новая линия противостояния.

    Пока, повторим, нет никаких оснований разжигать в стране исламофобию, но в тоже время невозможно обойти вниманием реальные проявления религиозного фанатизма, который у нас присущ не одним мусульманам. Признавая, что решение проблемы исламского экстремизма есть прежде всего дело самих мусульман, нельзя в то же время сказать, что других это не касается: если вас убивают, то это вас очень касается. Но огульное охаивание ислама, которое явно нарастает в России, никак не способствует решению этой проблемы. Тем более что будущее России, каким бы оно ни было, немыслимо без участия мусульман.