Главная / Статьи / Церковь / ГОСПОДИ, ЕСЛИ ТЫ ХОЧЕШЬ...
ГОСПОДИ, ЕСЛИ ТЫ ХОЧЕШЬ...
ГОСПОДИ, ЕСЛИ ТЫ ХОЧЕШЬ...
24.09.2011
938
В гостях у "Мирта" новый ректор Санкт-Петербургского христианского университета Федор Михайлович Мокан.


    — Фамилия Мокан известна в христианских кругах, скорее, благодаря вашей маме, работающий в журнале "Мария". Федор Михайлович, расскажите, а как вы пришли к Богу.

    — Родители мои были верующими, и если бы я захотел определить, когда пришел к Богу, то сделать это очень сложно. Пятый-шестой класс — могу вспомнить первые духовные опыты. До 14 лет родители учили меня молиться, мы вместе читали Библию. Мама очень много читала детских рассказов, исторических произведений, связанных с библейскими сюжетами, — где-то находила их тогда. Нас, детей, водили в церковь, там работала воскресная школа, хотя и запрещенная. Церковь в Кишиневе была очень живая, общение интенсивное, струнный оркестр славился — где только мы ни играли.

    15-16 лет — сомнения... Такое случалось, наверное, со всеми: то, что внушали мне родители, казалось близким к легенде. В школе говорили совершенно другое. Я блуждал между миром и церковью. Мир привлекал тем, что все можно. Все так интересно, вседозволенность полная... Со стороны это казалось веселым и интересным. Но когда начинаешь окунаться в этот омут, то уже не до веселья. Попытка найти компромисс привела к тому, что я стал показывать своим родителям, как неинтересно мне жить по их указке. Тогда мать с отцом однажды сказали: садись поговорим, ты уже вырос, начинаешь делать выбор в жизни, все, что надо было знать о Боге, ты знаешь, и куда ты пойдешь — в ад или рай — это твои проблемы. Мы с себя ответственность снимаем, дальше живи, как хочешь. Это обещание мои родители сдержали: что бы я ни делал, они больше не говорили мне ни слова.

    Мама просто ждала. Когда бы я ни пришел, в час или двенадцать часов ночи, всегда был ужин, потом я слышал, как она за меня молится — это было самое страшное. В какой бы компании я ни оказался, я знал, что меня ждет мать. От этого не находил себе места, знал, что надо идти домой, потому что мать молится. Если бы она меня отругала, ударила, мне было бы легче.

    В 17 лет я понял, что Бог — это не миф, а реальность и с Ним шутить страшно. Я действительно услышал Его голос и стал христианином. В соседнем городе была церковь интересная: пятидесятники и баптисты вместе. Они организовывали молитвенные собрания и приглашали всех желающих. Мы приехали с другом. Группа сестер молилась на языках, и я почувствовал присутствие Бога, осознал, что Бог — это реальность. Так я покаялся среди этих сестер и старушек.

    — Ваша жизнь и служение тесным образом связаны с христианским образованием. Какие события и люди оказали влияние на этот выбор, какое образование получали вы сами?

    — Когда я серьезно пришел к Господу, долгое время занимался разбором Библии среди молодежи. Господь посылал много интересных учителей, которые мне в этом помогали. Расскажу только об одном из них. Был один интересный брат Георгий Евгеньевич Адамович. Он не занимал никаких постов, но был христианином с большой буквы. В сложные моменты моей жизни он оказывался рядом. Друг отца, неординарная личность, он оказал на меня большое влияние. Помню, мы говорили, что такое настоящее христианство, а мне было-то лет 12-14. Что меня удивляло — он со мной говорил как со взрослым. С мальчишкой 12 лет рассуждал вместе. Мы пришли к выводу, что настоящий христианин это тот, кто слышит Бога и делает то, что Он хочет. Это запечатлелось на всю жизнь.

    Когда я получил среднее образование, то учиться дальше не хотел. Голубая мечта — быть водителем большого автобуса, путешествовать, видеть мир. Георгий Евгеньевич спросил, что будешь делать и какова воля Божья относительно твоей судьбы. Воля, чтобы я был христианином, говорю, а дальше я сам по жизни. Он мне сказал: Бог хочет все в твоей жизни, не только спасения, но буквально все. Речь зашла о Политехе, и я подумал, что это мама настроила его так со мной говорить. Но он опроверг эти догадки: давай мы с тобой помолимся и узнаем, если Бог хочет — ты закончишь Политех, если нет — не закончишь.

    Целая история, как я экзамены сдавал, как учился. Господь через старосту много для меня сделал, избавил от опасных моментов, связанных с пьянкой и прочим. Бог устроил, что я закончил учебу. Но после этого меня не оставляло желание учиться дальше, чтобы получить уже богословское образование. Чуть не поступил в православную семинарию. Остановило только то, что пришлось бы стать комсомольцем. Тогда для поступления в Одесскую семинарию требовалась рекомендация комсомольской организации. Идея отпала сама собой. Занимался самообразованием, просто читал все, что попадало под руку.

    Предложение учиться поступило неожиданно в 1990 году. Я тогда уже был женат, и было трое детей. В городе организовалась миссия, и мне сделали интересное предложение работать в евангелизационном отделе. Я уволился с работы и должен был переходить в миссию. Вдруг мне говорят, что есть приглашение на учебу в Краснодар. Я стал молиться, прекрасно понимая, что это в моем положении практически невозможно. Молитва моя была простой: "Господи, если ты хочешь, чтоб я учился, то поговори об этом с моей женой". Близилось воскресенье — день отъезда, билетов нет, решения нет. В пятницу вечером набрался смелости поговорить с женой. И только я открыл рот, как она спрашивает: ты, наверное, хочешь ехать учиться. Я согласна, езжай. А ты как, как дети? А я уже поговорила с подругой, она переезжает к нам жить. И денег на эту поездку Господь тоже послал.

    Проучился я год, и когда заканчивал учебу, руководство решило продлить курсы до трехгодичной программы. Стал опять говорить с Богом. Таких разговоров было не очень много, поэтому хорошо его помню. "Господи, если ты хочешь, чтобы я учился, сделай так, чтобы моя семья была вместе со мной". Господь ответил: "Где ты хочешь жить — в Майкопе или Белореченске, в многоэтажке или отдельном доме?"

    Когда я понял, что Бог меня спрашивает, стал говорить, что хочу. Чтобы было газовое отопление, ванна, подвал, гараж... "Я слабо в это верю, но если Ты будешь все это давать, то пусть все это будет под красным кирпичом". У меня есть фотография этого прекраснейшего дома с четырьмя комнатами, один в один о чем я просил, и где я жил ровно столько, сколько мне нужно было, не заплатив ни копейки...

    Я получил бакалавра в 1993 году — это был первый выпуск. А дальше: "Господи, если Ты хочешь, я буду заниматься образованием". Мне сделали заманчивое предложение работать в Питере. Решил здесь остаться. Но у Бога было другое мнение по этому вопросу, и все стало разваливаться. Громадный, интересный проект, не успев начаться, был обречен на неуспех. Мира в душе не было, покоя тоже. Я стал взывать к Богу и получил ответ, что надо возвращаться в Кишинев, что мы с семьей и сделали.

    — Самое удивительное во всем, что вы рассказываете, ваши взаимоотношения с Богом. В частности, то, как вы стремитесь слышать Его голос и исполнять то, что Он говорит. И можно предположить, что совсем не случайно спустя столько лет вы опять в Санкт-Петербурге. И все же как это получилось?

    — Когда я вернулся в Кишинев, мой друг и пастырь центральной церкви Михаил очень обрадовался этому обстоятельству. Оказывается, он молился, чтобы я вернулся и стал предлагать: давай запустим заочную программу подготовки лидеров для организации малых групп по изучению Библии. А что у нас есть для этого, засомневался я, преподавателей нет, литературы нет, денег тоже... Но есть ты, говорит друг, программу напишешь, преподавателей найдем... Так все начиналось. Нам подарили учебники. Пригласили всех желающих, которые нашлись в городе. Пришло много интересных людей на волне перестройки: преподаватели, инженеры, учителя, врачи... Бог дал сделать интересную программу. Встречались мы каждую субботу, и к концу этой обучающей программы я почувствовал, что Господь призывает меня основывать новую церковь.

    олько не церкви, Господи. Я буду работать, чтобы открывались новые миссии, другие школы. Но я не пастырь, не знаю, что проповедовать каждое воскресенье, и вообще я собрался ехать в Америку учиться". (Петер Дейнека "выбил" для меня и моей семьи поддержку из центра Билли Грэмма для учебы по магистерской программе в школе Витона, и я сильно к этому готовился.) Я много чего наговорил Богу, борение длилось неделю-полторы. Бог мне, наконец, ответил: "Во-первых, Я тоже нигде не был, кроме Палестины, во-вторых, у Меня тоже нет магистрской степени, в-третьих, ты хочешь в Америку или учиться?" "Господи, я хочу и того, и другого". Богу надо отвечать честно. Это тут мы можем приукраситься, галстук надеть, а когда стоишь перед Богом, все лишнее отлетает. "Меня учил, что делать, мой Отец, поэтому Я тебе тоже скажу, что делать, ты начинай".

    Недели две сопротивлялся, потом понял: или я иду сам по себе, или надо делать то, что Бог велит. "Боже, я готов на все, только Ты мне скажи, где и с кем". И Бог ответил конкретно. В Кишиневе тогда готовилось Возрождение-94, в одном из районов города не хватало лидера, который возглавил бы группу изучения Библии. Я предложил свою кандидатуру и выразил желание, чтобы образовавшаяся впоследствии группа переросла в церковь. Одновременно об этой идее мы говорили со своими студентами-заочниками. Мы занимались год, разбирали Библию, у нас наладились хорошие взаимоотношения. Очень были активные люди, даже меня в чем-то учили. Я сказал, что понятия не имею, как будет выглядеть церковь, но если хотите, идемте вместе. Вся группа пошла и Господь благословил. Сегодня только в Кишиневе у нас одна дочерняя церковь, в которой около 100 членов, и несколько церквей организованы за его пределами.

    Параллельно, в том же году, начали одногодичную очную школу — 40 студентов на двух отделениях: миссионеры-евангелисты и преподаватели воскресной школы. Из этого выросло то, что сегодня в Кишиневе называется Теолого-педагогическим колледжем: 5 отделений, 25 национальных преподавателей, 176 студентов на очной программе (бакалавр), 20 человек учатся на магистра, около 150 занимаются в субботней очно-заочной двухгодичной школе.

    Два года назад мне предложили приехать сюда, в СПХУ, я сказал, забудьте, никуда я не поеду. Хотя в 93 году Господь мне сказал, что Он меня сюда вернет. Это забылось. Думал, что моя жизнь закончится в Кишиневе. У меня была церковь, колледж, служение, хорошие отношения с церквами... Что еще надо? Однако что Господь сказал, то и делает. И вот я здесь.

    — Очень интересно будет узнать, каковы ваши планы относительно будущего СПХУ.

    — Планы, идеи, мечты на будущее большие. Не хочу обижать своих коллег. Очень много сделано. Но ведь нет пределов совершенствованию. Акцент хотелось бы сделать на поиск и развитие наших преподавателей. Идеально, чтобы полностью зависеть от наших церквей и, в свою очередь, служить им, все отдавать.

    То, что я понял еще на первом курсе своей собственной учебы, — вся наша догматика на пальцах. На Западе все расписано, по полочкам разложено — у нас этого нет. Приезжают миссионеры, пытаются нас научить, как и что делать. Они учат тому, что им кажется важным, но не тому, что нам надо. Однажды мы самостоятельно организовали семинар — пасторам понравилось, так как мы старались учитывать нашу обстановку. Сейчас мы хотим встречаться с пасторами разных церквей, разных деноминаций. Мы готовы поделиться с ними накопленным опытом в организации новых церквей и евангелизации, уже имеются свои небольшие разработки.

    Планируем семинары для пасторов, готовы разработать любую учебную программу, которая будет им интересна, в том числе сделать магистерскую заочную программу для пасторов. Эта программа хорошо себя уже зарекомендовала, она работает в Минске, Херсоне, Владимире, Кишиневе, Румынии, Австрии. Успех в том, что преподают пасторы для пасторов.

    Пастор не теоретик. Он пришел с передовой. Во главу угла надо ставить обогащение знанием имеющийся у него опыт, чтобы дальше развивать пасторское служение. В этом случае определенным образом выигрывает университет, даже дважды: со временем у нас появятся свои преподаватели с практическим опытом. Мы хотим, чтобы были именно национальные преподаватели, чтобы это были практики с хорошим богословским уровнем, в чем церковь, думаю, заинтересована. С другой стороны, сама церковь через образование пасторов будет косвенно вовлечена в университетские проекты. Главное при этом, что такого рода преподаватели облегчают процесс вовлечения студентов в практику. Мы хотим, чтобы служение церкви осуществлялось на всех уровнях — от пастора до рядовых верующих.

    — Но в этом вам наверняка может пригодиться ваш богатый опыт работы, как в церкви, так и колледже.

    — Да, у меня есть определенный опыт такой работы, и он пригождается. Но страшно, если брать и переносить все один к одному — этого делать никак нельзя. То, чего я боюсь, это именно такого опыта. Когда появляется слово "опыт", исчезает слово "нищий". А блаженны нищие. Хочется постоянно нуждаться в Боге.

    Поэтому хотелось бы заручиться молитвенной поддержкой братьев и сестер, чтобы Господь помог нам воспитать делателей для Его жатвы, делателей, которые смогли бы увидеть, что Господь делает, и быть Его соработниками.

С гостем беседовала
Галина СУЛЬЖЕНКО