Главная / Статьи / Общество / СТАРООБРЯДЧЕСТВО И РАЗВИТИЕ КАПИТАЛИЗМА В РОССИИ
СТАРООБРЯДЧЕСТВО И РАЗВИТИЕ КАПИТАЛИЗМА В РОССИИ
СТАРООБРЯДЧЕСТВО И РАЗВИТИЕ КАПИТАЛИЗМА В РОССИИ
24.09.2011
767

Немецкий социолог религии Макс Вебер, автор книги «Протестантская этика и дух капитализма», в начале ХХ века доказал связь протестантизма и капитализма на Западе. Существует ли в России подобная корреляция между религией и экономикой? Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся к истории старообрядчества, вклад которого в российскую промышленную революцию конца ХIХ – начала ХХ веков трудно переоценить.

Прежде всего необходимо сказать, что такое русское старообрядчество и какие течения в нем присутствуют. Старообрядчество не было однородным движением. Наиболее умеренная часть старообрядцев, так называемые поповцы, в отличие от беспоповцев признавали священство. Считая новую церковную иерархию еретической, они, тем не менее, не отказывались принимать в свои ряды бывших «никоновских» священников-перебежчиков. Такая ситуация была вызвана тем, что епископов, верных старообрядчеству, в России практически не осталось.

Другая часть, называемая беспоповщиной, считала, что после раскола земная иерархия и священство прекратились. Беспоповцы сохранили только те элементы древлеправославного богослужения, которые не требуют присутствия священнослужителей. Поэтому у них отсутствует литургия, а в молитвенных домах нет алтаря.

Третья, наиболее радикальная часть старообрядцев – Спасово согласие, полагала, что «нет в мире ни православного священства, ни таинств, ни благодати». Поэтому среди спасовцев наблюдается отход от жесткого соблюдения древлеправославной обрядности.

Этими доктринальными различиями обусловлено и неравноценное участие старообрядческих направлений в хозяйственном развитии России. Наибольший вклад в экономику страны внесли поповцы и умеренные беспоповцы. Зато старообрядцы-радикалы активно содействовали хозяйственному освоению окраинных российских земель и, прежде всего, Сибири.

Говоря о хозяйственном потенциале старообрядцев, необходимо помнить, что они в отличие от новообрядцев продолжали опираться на многовековые культурно-хозяйственные русские традиции.

Труд стал для старообрядцев формой христианского подвижничества. Основой их социально-хозяйственной деятельности всегда был свободный самоуправляющийся приход. В условиях гонений и почти полного отсутствия священства миряне играли в жизни прихода ключевую роль. На них держалась не только религиозно-общинная, но и хозяйственная жизнь, основанная на принципах взаимовыручки и корпоративной общности. Необходимо помнить также, что среди старообрядцев почти не было социального расслоения, поскольку из-за своих религиозных убеждений они были практически исключены из дворянского сословия.

Одна из наиболее ярких страниц хозяйственной деятельности беспоповского старообрядчества связана с Выговским монашеским общежительством в Северном Заонежье. В начале XVIII в. царь Петр I крайне нуждался в железе. По его приказу в Олонецком краю один за другим начали строиться заводы по переработке железной руды. Однако обеспечить их рабочими в столь удаленных местах было трудно. Здесь и пригодились выговские пустынники, которым за исправную работу на заводах была обещана свобода «житии в той Вытовской пустыни и по старопечатным книгам службы свои к Богу отправляти».

Ослабление гонений вызвало приток насельников в общежительство. «В Выговском братстве все члены были равны; каждой личности предоставлены были одинаковые юридические права», - отмечал исследователь старообрядчества XIX в. Н. Аристов.

Первоначально Выговское общежительство жило только собственным трудом. Однако по мере роста его богатств оно стало использовать и наемную рабочую силу. У него появились свои представительства в Петербурге и Архангельске.

В конце XVIII – начале XIX вв. среди умеренных беспоповцев все возрастающую роль начинает играть купечество крупных городов. Постепенно оно оттесняет на второй план Выговскую общину, бывшую по своей сути церковной коммуной.

Крестьянская реформа дала мощных толчок становлению крепких старообрядческих крестьянских хозяйств. По данным 1905 года, в 50 губерниях европейской части России на старообрядческий двор приходилось 5,4 десятины купленной земли, а на каждый крестьянский двор – лишь 1,1 десятины.

Необходимо сказать и об исторической роли старообрядства в освоении Сибири. В отличие от подавляющего большинства российских подданных старообрядцы переселялись за Урал начиная со второй половины XVII в. совершенно добровольно. Спасаясь от гонений, они уходили глубоко в тайгу, устраивали там свои дома, заводили хозяйство. Стараясь избежать контактов с «антихристовой» царской властью, отдельные старообрядческие семьи доходили даже до Тибета.

Об устойчивой традиции старообрядческих «робинзонад» свидетельствует история семьи Лыковых, обнаруженная геологами в начале 80-х годов в Саянской тайге. Еще более уникальна одиссея старообрядческой общины, которая в XIX в. переселилась с Волги на Дальний Восток, после 1917 г. ушла в Маньчжурию, в 1949 г. переехала в Бразилию, затем в американский штат Орегон, а в 1968 г. перебралась на Аляску, где живет сейчас в поселении Николаевск. Николаевские старообрядцы создали Российское морское товарищество и занялись рыбным промыслом, успешно конкурируя с местными рыбаками.

Все они были беспоповцами, в основном наиболее умеренного Часовенного согласия. Часть из них стала поповцами и присоединилась в 1983 г. к старообрядческой Белокриницкой митрополии, кафедральный центр которой находится сегодня в городе Браилов (Румыния).

С поповцами Орегона мне удалось обстоятельно пообщаться в марте 2001 г. Как рассказал настоятель общины священник Порфирий Торан, маньчжурские старообрядцы прибыли из Китая несколькими волнами в 60-е годы XX века. Многие из них жили в маньчжурской части уссурийской тайги, куда они переселились с российского Дальнего Востока после победы большевиков.

После того как в Китае пришли к власти коммунисты, старообрядцы сначала перебрались в Гонконг, а затем пустились странствовать по свету: большинство переехали в Бразилию, а одна община обосновалась в Боливии. Условия в Бразилии оказались неблагоприятными для ведения сельского хозяйства, и многие решили начать новую жизнь в Орегоне, напоминающем по своим природным условиям Дальний Восток. Здесь, в окрестностях Вудбурна, старообрядцы основали свой поселок Вифлеем, в котором сейчас проживают около 10 тыс. человек.

Вернемся к истории. По данным главного редактора старообрядческого журнала «Церковь» А.В. Антонова, перед революцией 1917 г. большая часть торгово-промышленного класса России была представлена старообрядцами. Перспективы в тот момент казались радужными, но революция нанесла по ним сокрушительный удар.

В годы нэпа старообрядцы попытались встать на ноги, но дальнейший ход истории перечеркнул их надежды. Тоталитарное государство подорвало основу старообрядческой хозяйственной мощи – общину, и, хотя сегодня наблюдается возрождение религиозно-духовной жизни старообрядчества, возродится ли его хозяйственно-культурное значение, пока сказать трудно.

Связь религии и экономики в случае со старообрядчеством очевидна. Несомненно, что значительные хозяйственные успехи старообрядцев были обусловлены здоровой общинной жизнью, основанной на сохранении древнерусской духовности и высоких ценностных ориентиров.