Главная / Статьи / Общество / АРХИТЕКТОР СВОЕЙ МЕЧТЫ
АРХИТЕКТОР СВОЕЙ МЕЧТЫ
АРХИТЕКТОР СВОЕЙ МЕЧТЫ
24.09.2011
719

Заезжим туристам в один из самых прекрасных городов Испании, Барселону, даже не приходит в голову, что величественные и причудливые строения, без которых уже трудно представить современный облик этого города и которыми так гордятся сами горожане, возникли благодаря сумасшедшей фантазии всего лишь одного архитектора – Антонио Гауди. И трудно себе представить, что современные формы кафедрального собора «Саграда Фамилия» (La Sagrada Familia) или причудливые формы, будто сошедшие с экранов фантастического триллера о далеком будущем, «Дома Кальвета» (Casa Calvet) были созданы гениальным испанцем в конце XIX и начале XX века!

Как и полагается великим провидцам, Гауди обогнал свое время и определил развитие современной архитектуры на многие годы вперед. До сих пор современные архитекторы черпают вдохновение в причудливых формах строений Гауди. Всю жизнь Гауди воплощал в архитектурных ансамблях миры своей мечты.

Антонио Гауди-и-Корнет родился 25 июля 1852 года в городе Реусе в семье медника, и это обстоятельство не предвещало благополучного и обеспеченного детства. Маленький Антонио появился на свет не очень здоровым и рано вынужден был отказаться от подвижных игр со сверстниками из-за ревматических болей в ногах. Мальчик был постоянно прикован к дому, а за его пределами нередко мог передвигаться только верхом на осле. Врачи настояли на специальной вегетарианской диете и советовали Антонио поменьше двигаться. Разрешена была лишь ежедневная пешая прогулка до церкви св. Филиппа Нери. Только будучи студентом Гауди мог позволить себе экскурсии по окрестностям Барселоны (весьма необычное для тех лет занятие).

Вряд ли стоит задаваться сегодня вопросом - сказалась ли ранняя болезнь на становлении архитектора Гауди? В конце концов, пусть даже подросток Антонио был ограничен в физической активности, тем больше интересного замечали его глаза, глубже становились мысли. Он неизбежно должен был рано созреть, и в этом очень скоро убедились озадаченные родители. Когда школьный учитель заявил однажды, что птицы благодаря своим крыльям могут летать, Антонио тут же возразил ему, что крылья есть и у домашних кур, однако курице они помогают быстрее бегать.

Обостренное внимание к деталям и способность замечать интересное в самом будничном были присущи ему всю жизнь и сказывались во всем, что он делал как архитектор. Восхищаться архитектурой Гауди, впрочем, стал уже в школе (сегодня носящей его имя), а в возрасте семнадцати лет отправился в Барселону, чтобы по-настоящему заняться ею как профессиональным ремеслом.

Обратившись к изучению архитектуры, Гауди не забывал и о практике: занятия теорией и упражнения за чертежной доской он совмещал с работой в городском архитектурном бюро ради заработка. Он не числился в ряду самых прилежных студентов, однако солидной подготовки и общих познаний в архитектуре оказалось достаточно. За учебный проект арочных ворот для кладбища студент Антонио Гауди получил оценку «чрезвычайно хорошо». Это обстоятельство помогло преодолеть экзамены, хотя они прошли не совсем благополучно.

В период учебы Гауди отличала не только тяга к архитектуре, но и весьма своенравный характер. Чтобы придать, например, больше настроения и атмосферы своим чертежам, он мог избрать темой рисунка катафалк и воспроизвести его столь скрупулезно, что катафалк становился похожим на самоценное архитектурное сооружение. Это своеволие не укрылось от профессоров. Для руководителя архитектурного семинара не оставалось сомнений в том, что ему приходится решать судьбу либо гения, либо сумасшедшего (с этим суждением Гауди сталкивался потом всю жизнь).

Всячески демонстрируя должное прилежание в учебе, он решительно уклонялся от школярского понимания архитектуры тех лет. Многое для себя Гауди черпал из книг. Он не собирался начинать карьеру архитектора с позы авангардиста, хотя климат оказывался весьма благоприятным для поисков собственного стиля. Для общей атмосферы европейской архитектуры тех лет были чрезвычайно характерны открытость взглядов и свобода поисков.

В XIX веке сильно упрочила свои позиции историческая наука. Минувшие столетия, вместе с их культурой, изучались и широко преподносились молодежи, особенно студентам. Время строгого классицизма безвозвратно ушло. Романтики проповедовали свободу чувств и полное раскрепощение человека. Наиболее отчетливо это сказывалось в стиле новых парков и садов. За эпохой геометрически правильных, подстриженных и структурно усложненных французских парков последовал расцвет английского пейзажного сада. Рост естественный объявлялся максимой, в фокусе внимания вскоре оказались самые запущенные сады, которые, разумеется, были еще красивей.

Ко всему этому добавилось, наконец, преклонение перед прошлым - перед Средневековьем, в первую очередь, к которому в XVIII веке продолжали относиться как к «мрачной эпохе». Готика вновь оказалась в фокусе внимания, причем под ней понимали все, что хоть сколько-нибудь напоминало о Средних веках. Строились замки в средневековом духе, в садах и парках возводились средневековые «руины». Абсолютное отрицание строгих линий доходило до крайности и приводило, в конце концов, к плетенке, к засилью орнаментальных линий, что предвещало эпоху Ар Нуво.

Но Гауди, увлекшись модными тенденциями, привнес в них свое видение мира, свои эмоции, свою гениальность, что и отличает его творения от прочих своей непредсказуемостью и фантастичностью. Чем-то его архитектура напоминает книги Александра Грина, с его покоряющей романтикой и готической тайной.

Гауди, глубоко верующий католик, отдал себя Богу, дабы в своем творчестве прославить Его. Наверное, поэтому Гауди хотели канонизировать. В 1998 году архиепископ Барселоны начал процедуру причисления Гауди к лику святых. Уникальный случай для архитектора. Тем более для архитектора эпохи модерна. Эпохи, когда у европейцев всерьез пошатнулась вера в Бога.

Многие полагают, что именно Бог управлял рукой творившего в Барселоне Гауди. Барселона Гауди - глубоко индивидуальна и по-своему сумбурна. Точнее, она видится нам сумбурной. Как Божий замысел, недоступный человеческому пониманию.

Вопрос о чистоте архитектурного стиля обычно не занимал Гауди. Он никогда не воспроизводил что-либо в точности и был скорее озабочен передачей духа старой архитектуры, помня о девизе Виолле-ле-Дюка - учиться на старых образцах, но только критически! Великие творения прошлого следовало воспринимать аналитически, чтобы претворять постигнутое в них современным архитектурным языком.

Постройки Гауди стали наглядным воплощением этой теоретической программы. Вполне возможно, что у Гауди это свойство проступило уже в том стилистически пестром рисунке-проекте, который был оценен минимальным баллом, позволявшим все же сохранить место в университете. Еще один чрезвычайно интересный проект за год перед тем также не получил ожидаемого приза. Его творческие идеи были несомненно слишком смелыми, чтобы находить должное и быстрое признание в соответствующих государственных и городских учреждениях.

Приза он удостоился лишь однажды, причем за частную постройку - Дом Кальвета. Заказы от общественных фондов доставались Гауди тоже крайне редко. Лишь в начале профессиональной деятельности, в феврале 1878 года, муниципалитет Барселоны обратился к «молодому и трудолюбивому архитектору Антонио Гауди» с предложением создать проект уличного газового фонаря, который вызвал одобрительный отзыв в печати и был доведен до быстрой реализации. В основном же Гауди трудился, что называется, «в стол» - множество планов и проектов, не находящих спроса, за исключением проекта, как ни странно... письменного стола - массивного, смахивающего на миниатюрный дом, задуманного для себя самого (к сожалению, не сохранился).

Тем не менее Гауди мог считать себя обойденным только официальным вниманием. Частные меценаты отдавали должное его гению и помогали ему в течение всего его жизненного пути. Стоило архитектору закончить очередную крупную работу, как от новых заказов не было отбоя.

Первые свои значительные заказы Гауди получил до того, как стал известен широкой общественности. Еще не было развернуто в полную силу строительство его первых особняков - Дома Висенса, загородного имения Эль Каприччо, Дворца Гуэля, а Гауди уже был подключен к новой грандиозной инициативе. В 1881 году Общество почитателей Святого Иосифа закупило большой участок окраинной застройки Барселоны, чтобы после его расчистки возвести собор Саграда Фамилиа (Святого Семейства). Этот собор стал делом жизни гениального архитектора.

Он работал над его проектированием и сооружением 43 года. Глубоко религиозный человек, он задумал собор как архитектурное воплощение Нового Завета. Лепные рельефы фасадов должны были представить всю земную жизнь и дело Спасителя. Но Гауди успел завершить лишь фасад «Рождество».

Строительство церкви, посвященной Святому Семейству, городские власти Барселоны начали в 1883 году. Первоначальный проект храма принадлежал архитектору Франсиско де Вильяру. Де Вильяр задумал возвести церковь в неоготическом стиле, но успел только построить крипту под апсидой.

В 1891 году главным архитектором строительства стал Антонио Гауди. Строительству Саграда Фамилии Гауди посвятил все последующие годы жизни. С самого начала он решил не следовать традициям архитектуры неоготического стиля. Церковь должна была быть готической только по духу и в основных формах, имея план в форме «латинского креста», но во всем остальном Гауди намеревался использовать свой собственный язык визуальных образов.

Следуя своему обычному методу, Гауди не составлял предварительных планов работ. Он, скорее, набрасывал в общих чертах основные формы строительства, а затем импровизировал, создавая конструкции и детали по мере продвижения вперед. Для этого ему необходимо было постоянно присутствовать на строительной площадке, и в итоге он переселился в одну из комнат в недостроенном здании собора.

Наблюдая за постройкой, Гауди постоянно вмешивался в ход работ, ему приходили в голову неожиданные мысли, и он во что бы то ни стало стремился их воплотить, иногда даже останавливая работы и приказывая сломать уже построенное... Так над домами Барселоны начало подниматься одно из самых удивительных в мире сооружений, вызвавшее некоторое замешательство у горожан.

По замыслу Гауди, все три фасада Саграда Фамилии должны были иметь стилистически одинаковое оформление и увенчиваться четырьмя высокими башнями. В результате над храмом должны были возвышаться двенадцать башен, каждая из которых символизировала бы одного из двенадцати апостолов. А каждый из трех фасадов был посвящен одному из трех центральных сюжетов земной жизни Христа: «Рождество», «Страсти Христовы» и «Воскресение», фасады должны были украшать огромные панно и рельефы на соответствующие темы.

Несмотря на то, что Гауди строил храм на протяжении тридцати пяти лет, ему удалось возвести и оформить только Рождественский фасад, конструктивно являющийся восточной частью, и четыре башни над ним. Западная часть апсиды, составляющая большую часть этого величественного здания, до сих пор не достроена. Более того - и сам Рождественский фасад был достроен только в 1950-е годы.

С 1914 года Гауди целиком посвятил себя строительству храма. Углубляясь в себя, он становился все более эксцентричным, свято верил в свое мессианское предназначение, жил отшельником в своей мастерской, расположенной на строительной площадке, и выходил только время от времени для сбора средств на строительство церкви (пожертвования были единственным источником финансирования строительства, поэтому она строилась так долго). Храм стал его навязчивой идеей.

Однажды, в 1926 году, недалеко от строительной площадки, направляясь в близлежащую церковь к вечерне, он был сбит трамваем. Никто не узнал в старике, одетом в поношенную одежду и похожем на бродягу, известного всей Барселоне архитектора. Он был отправлен в госпиталь Святого Павла и Святого Креста - больницу для бедных. Через два дня в возрасте 74 лет Антонио Гауди умер. Он похоронен в крипте недостроенного им собора.

Было много дискуссий о том, надо ли завершать церковь после смерти Гауди. Однако, несколько неудачных попыток продолжить творение гениального мастера только подчеркивают индивидуальность, необычайную пластическую выразительность и силу его искусства. Сегодня, спустя более чем восемьдесят лет после смерти Гауди, Саграда Фамилия продолжает строиться. Постепенно возводятся шпили (при жизни архитектора был окончен только один), оформляются фасады с фигурами апостолов и евангелистов, сценами подвижнической жизни и искупительной смерти Спасителя.

Несмотря на незавершенность, собор поражает своими фантастическими формами каждого, кто останавливается возле него в изумлении. Многие продолжают спорить о загадке архитектурных фантазий Гауди, без которых современная Барселона уже немыслима. Быть может, она кроется в личности самого художника, воплотившего свои мечты в архитектуре. Мечты, устремленные к Небу…