Главная / Статьи / Общество / БОГУ - БОГОВО
    Семь из десяти искусственных елок, зажигающихся в американских семьях, производятся в Китае. Но с каждым годом все больше граждан Поднебесной сами начинают покупать елки и отмечать Рождество, и многие делают это потому, что приняли христианскую веру.

    При Мао Цзэдуне китайские власти вознамерились искоренить христианство в Китае, пообещав «задушить младенца в яслях». В культурную революцию они вплотную приблизились к этой цели, истребив массу служителей и закрыв практически все храмы. Церковь была превращена в маленькое государственное ведомство, а немногие из оставшихся священнослужителей стали служащими, сидящими на казенном довольствии.

    С началом реформ в конце 70-х гг. христианская жизнь начала возрождаться. Наряду с официально санкционированными приходами Католической патриотической ассоциации и Протестантского триединого патриотического движения возникли приходы подпольные. Считается, что католическая «Церковь молчания» насчитывает уже более 10 млн прихожан, в то время как у официальной церкви лишь 4 млн.

    Стало очевидно, что идейный и духовный вакуум, образовавшийся с крушением ортодоксальных коммунистических догм, не восполняется ни идеями Дэн Сяопина, ни плодами теоретических изысканий его последователей. Вот почему высшее руководство КНР решило наконец взяться за этот фронт работы, посвятив религиозному вопросу полноформатное совещание с участием всего политбюро ЦК КПК во главе с Цзян Цзэминем. На нем прозвучал призыв к строительству партийных организаций среди «широких масс верующих», в связи с чем наблюдатели сразу вспомнили, что прошлым летом Цзян Цзэминь открыл дверь для вступления в КПК народившемуся классу отечественных капиталистов и предпринимателей.

    Главная задача по-прежнему — поставить все под контроль. Но массовые репрессии в отношении активистов религиозной секты Фалуньгун показали: то, что возможно при тоталитарном режиме, почти невозможно при авторитарном. В ходе презентации развернутой на днях в посольстве КНР в Москве экспозиции «Злодеяния секты Фалуньгун» знакомый китайский дипломат посетовал, что его родители до сих пор, несмотря на все запреты, следуют наставлениям руководителей секты, посещают сеансы медитации и т. д. Из двух зол и в Китае выбирают меньшее. Политика Пекина в религиозной сфере будет, видимо, все более прагматичной. Контроль становится менее жестким и более избирательным. С «вредными культами» будут по-прежнему бороться; причем речь идет не просто об экстремальных проявлениях (таких, как самосожжение фанатичных последователей), но и о разрушении общенациональных структур Фалуньгун и тому подобных сект.

    «Хорошим» разновидностям религиозного культа предоставляется все большая свобода. Принципиально важным решением стало облегчение государственной регистрации стихийно организовавшихся деноминаций и религиозных групп, относящихся к пяти традиционным, официально признанным в Китае конфессиям.

    То есть предоставляется некий простор для самодеятельности тех объединений верующих, которые не представляют общественной опасности, но до сих пор упорно не желали признавать себя частью официальных церквей.

    Христианские общины — не без опосредственной помощи Запада и зарубежной китайской диаспоры — являются самыми динамичными и быстро растущими в КНР. Найти общий язык с ними, сделать их лояльными по отношению к режиму важно не только для того, чтобы отвлечь внимание общества от «вредных сект», но еще и из внешнеполитических соображений: Пекин теперь будет меньше подвергаться критике за подавление религиозных свобод. Представители Ватикана намекнули недавно, что могут разорвать дипломатические отношения с Тайванем, если китайские власти изменят отношение к китайским католикам, признающим своим высшим духовным сюзереном папу римского.

    Что касается православия, то на волне китайско-советской конфронтации 60—70 х гг. власти КНР предприняли все, чтобы следов его на китайской земле не осталось. В сентябре 2000 года в Харбине скончался последний православный священник на китайской земле — настоятель Свято-Покровского храма города Харбина отец Григорий Чжу. После чего, можно сказать, православная церковь в Поднебесной осиротела.

    РПЦ сегодня ставит вопрос о возрождении Православной миссии в Китае и о подготовке в России священников для немногих оставшихся в КНР православных общин. Пока предстоятелем Китайской автономной православной церкви является Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II. Сотрудник Отдела внешних церковных связей РПЦ о. Дионисий периодически выезжает в Китай и даже умудряется (с разрешения местных властей) крестить тех немногих китайцев, кто воспитывается в православных семьях.

    Несмотря на все «стратегическое взаимодействие» Москвы и Пекина, открыть двери для возвращения Русской православной церкви в Поднебесную Пекин пока не спешит.


«Ведомости»,
25 декабря 2001