Главная / Статьи / Общество / ВЕЗДЕ НЕВЕЖЕСТВА УБИЙСТВЕННЫЙ ПОЗОР
ВЕЗДЕ НЕВЕЖЕСТВА УБИЙСТВЕННЫЙ ПОЗОР
ВЕЗДЕ НЕВЕЖЕСТВА УБИЙСТВЕННЫЙ ПОЗОР
24.09.2011
837
    Прошедшим летом в жизни лужской общины ЕХБ было радостное событие: неделя евангелизации. В четырех поселках, Торошковичи, Толмачево, Мшинская и Межозерный, был показан фильм "Иисус"; прямо на улице с успехом выступала группа "Ковчег" под руководством Алексея Ильина; в Домах культуры, в домах верующих проходили встречи со всеми желающими, раздавались Евангелие и Библия. Чаще всего слушатели задавали вопрос, чем отличаются евангельские христиане от православных. Молодые служители Лужской общины Александр Кизиков и Николай Емельянов охотно и открыто отвечали — секретов у нас ни от кого нет. И что же? Вскоре на уличной доске объявлений в Торошковичах появилась довольно пространная листовка, где перечислялись "страшные" признаки "баптистской секты". И Библия у баптистов не та, и баптисты на содержании у американцев, и баптисты разрушают семьи и русское государство. Доказательство приводилось неопровержимое: "Секта есть секта".

    Наши молодые служители даже немного приуныли — неужели за десять лет "свобод", когда столько объяснялось о конфессиях, ничего не изменилось? Словами "баптист", "секта" по-прежнему пугают детей и взрослых. Православные священники на вечера вопросов-ответов не приходят, от диспутов уклоняются... Не будешь же рядом на доске объявлений прикреплять ответную листовку? Нам ли, христианам, друг с другом вести войну, да еще в такое время, когда в тех же Торошковичах, как и везде в русских деревнях, народ погибает от пьянства, наркомании, оккультизма, бандитизма и прочего, и прочего...

    Казалось бы, частный случай. В каком-то глухом поселке Торошковичи. Но ведь ни для кого не секрет, что слово "баптист", как и слово "секта", везде в нашей стране несет негативный оттенок, чего совершенно нет, скажем, в Финляндии или в США. Впрочем, конфессией интересуются только на территории бывшего СССР, а во всем мире то, в какую церковь ты ходишь (или никуда не ходишь), сугубо личное дело. И спрашивать об этом, а тем более утверждать, что только твоя церковь истинная, — верх неприличия. Наша же нетерпимость в этих вопросах, думаю, от советского времени, от советского воспитания.

    Что же нам делать с этим неудобным словом "баптист"? Сейчас многие церкви ЕХБ называют себя усеченно — евангельские христиане, убирая второе, "страшное" слово. Или называют церковь нейтрально, как, например, в Великом Новгороде "Храм Христа".

    Мнения на этот счет разные. Одни предупреждают, что всякое забвение, отречение от своей истории, чревато печальными последствиями. Именно за слово "баптист" люди отдавали жизнь, шли в концлагерь, несли позор и поношение (читай повесть Солженицына "Один день Ивана Денисовича"). Другие говорят, что надо звать ко Христу, а не в поместную церковь. Третьи считают, что мы мало занимаемся просветительством, мало объясняем людям, что означают слова "баптист" (погруженный в воду, крещенный по вере) или "секта" (отделение). Православные тоже в свое время были сектой, когда произошел раздел — Западная церковь (католики) и Восточная церковь (православные).

    Обычно, в том числе и в Торошковичах, баптистов обвиняют, что эта вера — нерусская. Но какой по национальному составу была первоапостольская церковь? Евреи, эллины, македонцы, парфяне — кого только не было... А от кого святая Русь приняла крещение? От иностранцев, от Византии. Все это — из школьного учебника, но сколько раз приходилось и приходится заниматься этим ликбезом, в общем-то, бесполезным, потому что люди не хотят ни слушать, ни слышать и упорно повторяют: иноверцы, еретики, предатели, отойди от меня, нечистая!

    Где грань между привлекательностью простоты души, детскостью и дремучим, воинствующим невежеством, которое столь огорчительно для Создателя, подарившего человеку разум, способность и радость познания? Невежество — во всех областях — к сожалению, свойственно русскому характеру. Это ничего не объясняет и ничего не оправдывает, особенно, когда речь идет о духовном мире, о том, в кого же мы превращаем великого Бога, Творца всего видимого и невидимого, разум Которого неисследим... Сколько об этом невежестве скорбели в своих произведениях Толстой, Чехов, Лесков...

    А воз и ныне там.

    Вот казаки на Волге яростно убеждают меня, что на небо попадут только православные и что Богородица была русская. Отойдешь только в сторону, спорить — бесполезно.

    В прошлом году я давала в третьем классе, у среднего внука, библейские уроки, назывались они беседами о нравственности. Учительница была в восторге. Она мне и рассказала, что звонит ей взволнованная мамаша, спрашивает, кто эта Ольга Сергеевна? Говорит о Боге? Не сектантка ли? Дорогая моя учительница простодушно ответила: "Что вы! Она — журналист!" Мамаша сразу успокоилась. Право, не знаешь, плакать или смеяться. Классический алогизм.

    В "Лужской правде" сравнительно недавно была напечатана "научная" статья, где Кирилл и Мефодий назывались русскими святыми. Одно время я вырезала и коллекционировала (сейчас бросила, надоело — одно и то же) заметки из светской прессы, где объяснялось, чем отличаются католическое и протестантское Рождество от православного. И почему на Святки надо гадать. И о всех языческих приметах, причем без всякого юмора. Я уж не говорю про леших, домовых, Бабе-Яге и Деде Морозе со Снегурочкой в рождественских мистериях. Но что спрашивать со светских просветителей? Оглянемся на самих себя.

    Сколько живучих суеверий на наших христианских похоронах, свадьбах, а то и во время крещения. Недавно пришлось объяснять нашей милой, богобоязненной сестре, что совсем не обязательно идти в баню после похорон. Бани — это всегда прекрасно. Но разве баня "очистит от скверны" — ты прикоснулся к гробу, а то и к телу усопшего.

    Одно из крещений в баптистской общине проходило в плавательном бассейне, вода была неглубокая. И надо же было такому случиться — у одной крещаемой спина оказалась сухой! Среди сестер сразу нашлись сочувствующие: "У тебя крещение неполное, недействительное!" Огорчили бедную до того, что она потом ушла из церкви. Кто крестит? Кто дает веру, спасение, Духа Святого? Но человек не хочет сам вникнуть в Писание, слушает байки.

    Конечно, внешние признаки для нас очень важны. И для меня было такое время, когда я бдительно наблюдала, кто поднимает руки во время молитвы (поднимает, значит, "не наш"!), кто сидит, кто с открытыми глазами. Помню, каким смущением для меня был один из первых журналистских межконфессиональных семинаров, когда нам предложили встать в круг, взяться за руки и вместе помолиться. Как я стояла, дрожала, просила Господа дать мне охрану от чуждого духа... Думаю, осторожность никогда не повредит, в "охранной" молитве греха нет, но где-то сказывается наша (социальная, церковная?) замкнутость, скованность, подозрительность и опять же своего рода невежество, бескультурье.

    В кого мы превращаем нашего Господа, когда постоянно заявляем во всех бытовых мелочах: "На это есть воля Божья, Бог мне открыл: надо купить этот холодильник!" Один брат шел навещать больную старушку. Поскользнулся на ступеньках и рассыпал яблоки. Решил, что это знамение. Не пошел к старушке: нет воли Божьей...

    Я уже не касаюсь такой сложной и больной темы, как гадание на Библии (открыть такую-то страницу, такая-то строчка сверху) — идти ли на операцию, жениться ли на этой сестре, переезжать ли в другой город... На церковную кафедру то и дело приходят записки с просьбой совершить специальную молитву, чтобы снять порчу, сглаз, проклятье... Но это слишком большая тема, как выяснилось, о проблеме "сглаза" у наших служителей разное мнение.

    Очень деликатная тема — наша молитва, особенно молитва вслух, будь это на общении или на церковном собрании. Мне очень не хочется уподобляться тем "специалистам", которые разложат вам по полочкам и быстро перечислят, какие молитвы доходят до Бога, а какие — только до потолка. Молитва — это таинство. Но иногда удивляешься упорству, достойному иного применения, с которым верующие повторяют одни и те же ошибки, о которых постоянно предупреждают с кафедры: многословие, общие, "высокие", "божественные" слова, за которыми ровным счетом ничего не стоит, — ни личности, ни души, ни твоего предстояния пред Богом, ни уважения к присутствующим... Можно ли научиться молиться? Можно ли научиться радоваться цветку, плакать, скорбеть, благодарить? Право, не знаю.

    Да, очень многое может молитва праведного. Да, нужно усилие, настойчивость. Но скажите, пожалуйста, можете ли вы себе представить текст молитвы несчастной женщины, страдавшей кровотечением и исцелившейся через тайное прикосновение к одежде Христа? Мне кажется, у нее и не было никакой молитвы, кроме страха быть обнаруженной — ведь она была "нечиста", на улице-то не имела права появляться, не то, чтобы дотрагиваться до Учителя и Божьего пророка!

    В кого мы превращаем нашего Господа, когда повторяем те или другие привычные словосочетания и думаем, что прошение является "доходчивым"? Я уже не говорю о "народных" суевериях, когда после механического повторения "Отче наш" якобы следует очищение души...

    Отец Небесный, научи меня молиться, научи меня разговаривать с Тобой, как с самым близким Другом... Имя Которого — Сущий...

    Порой невежество рядится в пышные одежды. Это прием очень старинный и проверенный. Недавно в светскую газету обратился человек с вопросом, который часто возникает и сегодня: кого считать ближним? И вот что ответили в Московской патриархии: "Любить себя должно лишь для Бога и частично для ближних. Любить же ближних нужно для Бога. А любить Бога должно для Него самого и больше всего. Любовь к себе должно приносить в жертву любви к ближним, а любовь к себе и ближним приносить в жертву любви к Богу".

    Поняли? Я ничего не поняла. Как, признаюсь, очень многого не понимаю в некоторых богословских трудах и сборниках, написанных "кастовым" языком для особо избранных. Образование, звание магистра и доктора богословия — это прекрасно. Но душа читателя остается пустой, голодной, подавленной эрудицией автора. Христос говорил просто, понятно, глубоко.

    Особая тема — Второе пришествие Христа. Сколько вокруг этого суеверий, ложных пророчеств и опять же элементарного невежества. Когда случается катастрофа, у иных верующих вместо сострадания некоторое торжество, самодовольство, удовлетворенность: "Еще не так тряхнет!" Как заметил Христос, не знаете, какого вы духа... Да, катастрофы — шаги приближающегося Господина, топот небесных коней, стук в дверь, стук в сердце каждого из нас — встань, проснись, поправь светильник! День Господень будет неожиданностью для многих, кто, казалось бы, помнит тексты Священного Писания. Никто не знает своего дня и часа смерти, часа, когда вы встретитесь с Богом. Радоваться плачу и скорби других — противоестественно. Цель многих Божьих судов, чтобы воззвали к Нему, перестали надеяться на собственную силу, на собственную праведность. "Не любящий брата пребывает в смерти". Твой брат заживо замурован под обломками. Твой брат страждет и, возможно, молится. А как ты встретишь свой смертный час? Будет ли дана эта предсмертная минуточка для твоей последней земной молитвы?