Главная / Статьи / Общество / ПЕРЕКОВАВШИЙ МЕЧ НА ОРАЛО
ПЕРЕКОВАВШИЙ МЕЧ НА ОРАЛО
ПЕРЕКОВАВШИЙ МЕЧ НА ОРАЛО
24.09.2011
723


К 60-летию со дня окончания земного пути И. Н. Шилова


    Сегодня единицы из христиан-баптистов знают имя пресвитера Ивана Никитовича Шилова, а христианам других конфессий оно вряд ли что-то говорит. Между тем жизнь этого человека достойна того, чтобы стать примером христианской веры.

    Родился Шилов 18 апреля 1887 года в семье крестьянина Тверской губернии. Обратился к Богу в 24 года, когда служил фельдшером на корабле в Кронштадте. Жизнь, казалось, зашла в тупик. Но перед тем как покончить с собой, он упал на колени в своей каюте и закричал: «Боже! если Ты есть, спаси меня!» Что-то удивительное произошло в ответ на этот короткий вопль. Как будто сильный удар электрического тока пронзил его с головы до ног. «Что со мной? Свет! Я точно прозрел!» Сердце ощутило легкость и свободу.

    Вскоре Шилов первый раз попал на молитвенное собрание евангельских христиан, которое вел И. С. Проханов. В конце проповеди, когда прозвучали слова: «Кто будет веровать и крестится, спасен будет», Шилов встал: «Хочу креститься!» Проханов долго беседовал с молодым моряком и сказал: «Подрастешь духовно, тогда и примешь крещение».

    Шилов горел желанием скорее креститься. На следующем собрании в общине баптистов он обратился с той же просьбой к пастору В. А. Фетлеру. Тот нашел, что брат рожден свыше, и через два дня крестил его. Иван Никитович сразу же включился в жизнь общины, помогал строить «Дом Евангелия», на открытии которого ему доверили сказать первую проповедь.

    После окончания срока воинской службы в 1914 году он женился на очень скромной и кроткой сестре в Господе Ольге Михайловне, которая многие годы безропотно несла все тяготы жизни жены служителя Божьего. Ей практически одной пришлось воспитывать пятерых детей.

    В начале 1917 года Шилова снова призвали служить на флот. Но в сердце его созрело твердое решение, что участвовать в войне и брать в руки оружие он как христианин не должен. Его арестовали и предали военно-полевому суду, который вынес приговор — расстрел! Иван Никитович мужественно выслушал решение суда. Однако ничто из назначенного людьми не состоится, если на то не будет воли Отца Небесного. Началась революция, двери казематов Петропавловской крепости открылись. Революционные солдаты выпустили Шилова на свободу. Братья очень обрадовались, когда увидели Ивана Никитовича живым и невредимым.

    Община «Дома Евангелия» в это время была без пресвитера. На очередном собрании Шилова избирают пресвитером, ведь он известен как человек принципиальный, твердый в убеждениях, нелицеприятный. На кафедре он не щадил грех, бичевал его. Это было Божье обличение, выявлявшее все тайники порочной жизни, сокрушавшее сердца грешников, призывавшее к покаянию и чистоте.

    Шилов старался помочь тем, кто попадал в беду, в частности, призывникам в армию. 4 января 1919 года был издан декрет, освобождающий верующих от воинской повинности по религиозным убеждениям. Однако местные власти шли на нарушение закона, арестовывали братьев за отказ нести военную службу. Шилов пишет письмо В. И. Ленину, где смело, без лести указывает на конкретные незаконные действия властей, просит разобраться. Он также напоминает, что баптисты всегда были гонимы царским правительством и официальной церковью, свидетельствует о вере. Письмо заканчивалось так: «Зная, что в настоящее время Вы являетесь в руках Господа, и что чрез Вас Он совершает свой суд над всеми верующими в Его святые законы и не покоряющимися Его истине, только одно скажу Вам: смотрите и Вы не возгордитесь, как Навуходоносор, который после того, как вознесся выше Всевышнего, был низвержен и питался травою». Письмо имело положительное действие, были приняты меры.

    Но вскоре за отказ от присяги и военной службы арестовали и самого Ивана Никитовича. Как пресвитер, рукоположенный на пасторское служение, он, в первую очередь, имел право не служить в армии. Тем не менее его осудили и сослали на три года в Соловецкие лагеря. Позднее Шилов неоднократно отказывался принимать присягу и проходить военную службу, что влекло новые аресты и ссылки.

    Вопрос отношения к службе в армии был и остается болезненным в баптистском братстве. Он обсуждался на съезде в 1923 году, но единодушного решения не последовало. Была принята резолюция: «Съезд оставляет на совести каждого из баптистов решение вопроса об исполнении им всеобщей воинской обязанности в соответствии с его личными убеждениями». До настоящего времени за каждым призывником-баптистом оставлено право выбора: брать или не брать в руки оружие, принимать или не принимать присягу. Что касается Шилова, то он был убежденным противником всякого насилия и на компромисс с собственной совестью не шел, предпочитая страдать за свои пацифистские убеждения.

    Вернулся с Соловков Шилов весной 1923 года. Он духовно окреп, еще больше закалился в огне испытаний. В том же году он в составе российской делегации был на Третьем Всемирном конгрессе баптистов в Стокгольме. После чего последовали новые аресты и ссылки: в Туруханский край (1923-26), повторно на Соловки (1927-30), в Сыктывкар (1931-34). И всякий раз, когда его освобождали, Шилов торопился к семье и в родной «Дом Евангелия», где он продолжал, пока было возможно, свое пресвитерское служение.

    В 1935 году Иван Никитович был арестован советской властью в пятый раз. Теперь его направили в Карагандинские лагеря. Там Шилов нашел ссыльных братьев, организовав группу верующих для проведения собраний среди заключенных. Летом 1936 года Шилов совершил крещение тех, кто обрел свободу во Христе в местах лишения свободы. При крещение соблюдалась строгая конспирация.

    Наступил 1937 год, «ежовщина». В одну из темных осенних ночей Ивана Никитовича и почти всех братьев отправили в дальние лагеря Восточной Сибири, на лесоповал в глухую тайгу. Здесь их ждали каторжный труд, произвол и насилие. Этой медленной пытки не выдерживали и верующие. Иван Никитович выпавшие страдания переносил безропотно, не падал духом, вспоминая слова апостола Павла: «Вам дано ради Христа не только веровать в Него, но и страдать за Него» (Флп. 1:29). Шилов как мог ободрял братьев. Когда видел кого-нибудь поникшим, он нежно поднимал его голову и говорил простые слова: «Не унывай и не печалься, ведь с нами Господь!» И хотя сам страдал не меньше, не зная, что с женой и детьми, печальным и подавленным его никто не видел.

    Годы каторги не могли не сказаться на здоровье Шилова. Он серьезно заболел и попал в лазарет. Однажды братья, зайдя к нему в палату, услышали:

    — Сегодня наша последняя встреча здесь на земле. Я не могу уйти в вечность, не попрощавшись с вами. До свидания, дорогие мои, встретимся теперь перед лицом Господа. Если кто вернется на свободу, передайте церкви Божьей в Ленинграде сердечный привет. Я постоянно приносил ее в молитвах пред лице Господа. Если кто встретит мою семью, передайте моей жене и детям горячий отцовский привет. Их я вручил в руки Иисуса Христа.

    — Да что ты, Иван Никитович, не говори так. Даст Бог, мы еще вместе домой поедем.

    — Прощайте, друзья! Разве вы не видите, что за мной уже пришли, — два мужа в белых одеждах стоят у моей кровати и ждут, пока я закончу разговор с вами.

    C этими словами Иван Никитович предал свой дух в руки Господа. Это было зимой 1942 года, ему исполнилось 55 лет.

    31 год он следовал за Господом, из них 17 лет провел в тюрьмах и лагерях. Это был воистину верный и самоотверженный воин Христов.

Владимир СТЕПАНОВ,
Санкт-Петербург