Главная / Статьи / Писания / ДВА ВИДЕНИЯ - ДВЕ РЕАЛЬНОСТИ
ДВА ВИДЕНИЯ - ДВЕ РЕАЛЬНОСТИ
ДВА ВИДЕНИЯ - ДВЕ РЕАЛЬНОСТИ
24.09.2011
578

Возлюбленные! мы теперь дети Божьи;
но еще не открылось, что будем.
Знаем только, что, когда откроется,
будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть

1 Иоанн. 3:2

Я уже писал о понятии традиции в протестантизме и православии. В этот раз я хотел бы указать на другой аспект церковной жизни и духовности, как в православном, так и в евангельском христианстве. Слова «евангельский христианин» и «протестант» я использую во взаимозаменяемом значении (баптисты, методисты, лютеране, англикане, пресвитериане, реформаты, пятидесятники). Тогда как на западе первая фраза подразумевает тех, кто придерживается девиза «Только Писание», в России евангельские христиане также представляют и целую деноминацию. Итак, мы будем рассуждать о понятии видения Бога в православии и в протестантизме.

В работах православных богословов очень часто можно встретить такое понятие как видение Бога. В некоторых писаниях, особенно у отцов Церкви, видение Бога является основополагающей, главной целью в жизни христианина. Поэтому в этой статье мне хотелось бы ответить на такой вопрос: говорят ли евангельские христиане о видении и опыте видения Бога? Я бы хотел кратко описать то, что может быть характерным для протестантов в рассматривании этого вопроса.

В среде евангельских христиан церковная жизнь начинается, прежде всего, с исповеданием Иисуса Христа как личного Спасителя. Все протестанты осознают важность личного обращения и развитие последующих отношений с Богом. Но мало кто задумывается о том, каким образом происходит это обращение. Эта «механика» обращения никому неизвестна, так как евангельские христиане верят, что именно работе Святого Духа они обязаны своему обращению к Богу. Но, тем не менее, использование проповеди (керигмы) в церкви ставится на заметную позицию в церковном собрании и евангелизации. Проповедник говорит о Голгофе, о кресте, о самом процессе распятия. Это послание, конечно, оформлено в достаточно эмоциональную форму, это то, что проповедник пережил и то, чем он искренне хочет поделиться. Тот, кто пересказывает евангельскую тему, говорящую о распятии Иисуса, пытается донести всю важность осознания слушающим страданий Христа и их последующее искупительное действие в жизни человека.

Итак, человек, осознавший важность основной вести проповеди, кается и принимает Иисуса как Своего личного Спасителя. При чем это исповедание может быть произнесено в присутствии и всего собрания христиан. Потом неофита (новообращенного) обучают всем важным и основным догматам христианства и человек принимает водное крещение как видимый знак завета Бога с верующим.

Это всего лишь краткое и основное описание того, что может происходить в евангельском собрании. Но мы верим, что все эти пункты (в такой или другой последовательности) имеют свое подтверждение в Священном Писании. Важно отметить следующие, а именно: новая жизнь христианина основывается на том, что он УВИДЕЛ. Я особенным образом выделил это слово, так как подобное обращение также основывается на видении Бога. Но является ли это видение идентичным тому видению, которое видят или стараются увидеть православные христиане?

В работе о. Иоанна Мейендорфа четко выделяется идея, которая позволяет понять один из аспектов духовной практики православных верующих. Согласно основному мотиву его работ, именно аскетическая практика может быть подлинно духовной практикой. Здесь я хотел бы указать на четкую связь в православной мысли с византийским наследием, которое так ярко выражено в работе о. Иоанна. Аскетизм и монашество находятся в большом долгу у Евагрия, произведения которого являлись основным импульсом в создании монашеского подвижничества. Главная задача монаха, согласно Евагрию и его последователям, это отрешение от помыслов, а затем от страстей, которые отвлекают человека от молитвы и сосредоточении его ума на Боге. Монах должен достичь бесстрастия, отрешения от тех мыслей, которые являются препятствием для соединения ума человека с Богом.

Мысли и учение Евагрия претерпели концептуальную переработку другими отцами мистиками Макарием, Максимом Исповедником, Иоанном Лествичником и, наконец, Симеон Новый Богослов формулирует идею, что монах может и должен увидеть и созерцать Бога еще в этой жизни! (Иоанн Мейендорф, Византийское Богословие (Мн.: Лучи Софии, 2001), 95-112).

Я осознаю, что для евангельского христианина эти слова покажутся странными. Моя задача просто передать то чувство акцентов, которое существует в богословиях Восточного Православия и Протестантизма.

Итак, православный христианин прилагает все свои усилия для стяжания благодати, его аскетические попытки расходуются на то, чтобы пережить видение Бога и участи в Его Царстве уже здесь на земле. Заметьте, что для православного христианина Церковь - эту визуализированная реальность. Согласно А. Шмеману: «"Небеса на земле" - это формула, которая, будучи знакома каждому православному, достаточно хорошо выражает фундаментальный православный опыт церкви».

Я не могу позволить говорить себе о всех деталях и аспектах православной экклесиологии (учении о церкви), но вернусь к тому, что уже было мной обозначено в самом начале. Согласно представлению евангельских христиан (и автору данной статьи, который является таковым), их дальнейший опыт утверждается на том, что они увидели. Увидели Христа на Голгофе. Увидели Его страдание и смерть. Увидели себя, грешными и жалкими людьми, которые находились в самом отчаянном положении в своей жизни. И Христос вывел их из этого отчаяния, дав прощение, бессмертие и усыновление.

Православные же христиане живут в несколько отличной реальности. Таинства, иконы, церковная архитектура, традиция - весь опыт церкви, предложены для того, чтобы человек стал частью исторического опыта церкви, жизни Святого Духа в традиции. Все это, чтобы человек мог пройти через путь обожения к видению Бога. К единению с Ним.

В двух словах эти опыты можно сформулировать следующим образом: евангельский христианин живет жизнью освящения, потому что он увидел Бога, православный же христианин - потому что он стремится Его увидеть…

Цель этой статьи заключалась в представлении уважаемому читателю некоторого аспекта, в данном случае понятия видения Бога, который на фоне отрывка из Соборного Послания Иоанна может подтолкнуть нас на последующие размышления: видение Бога, изменение ветхой природы человека и полное участие в будущей жизни возможно лишь тогда, когда откроется Он (3:2) Я не желал бы, чтобы меня поняли как отрицающего тот факт, что в православии есть опыт обращения. Безусловно, он есть. Я лишь указываю на акценты. А вывод уже делать самому читателю.