Главная / Статьи / Рецензии / КАКИМ МУЖЧИНОЙ БЫЛ ИИСУС?
КАКИМ МУЖЧИНОЙ БЫЛ ИИСУС?
КАКИМ МУЖЧИНОЙ БЫЛ ИИСУС?
24.09.2011
3269

Многие мужчины стыдятся копировать своих отцов. «Ты точная копия своего отца», — такие обидные слова бросают озлобленные матери своим сыновьям. Большинство знакомых мне мужчин стараются как можно меньше походить на своих отцов. На кого же им остается равняться? От кого они смогут унаследовать представление о мужской силе?

Может быть, нам следует направить свои поиски к истокам, к тем мощным корням, от которых растут все эти ветви. Кем является тот Единственный, от кого, как утверждают, мы произошли, Чей образ несет в себе каждый мужчина? Каков Он?

Если сказать мужчине, который пытается найти истоки своей силы, что он сотворен по образу Божьему, вряд ли это сильно воодушевит его. Для большинства мужчин Бог или слишком далек, или слаб — такими они воспринимают своих земных отцов. Давайте начистоту: каким мужчиной был, по-вашему, Иисус Христос?

«Наверное, Он был кротким и смиренным, — заметил мой друг. — Я хочу сказать, что представляю себе Его этаким добрым малым, окруженным детьми. Чем-то похожим на мать Терезу». Именно так на картинках, висящих во многих церквах, изображен Иисус. На самом деле только такие изображения Иисуса я и видел. Как я уже говорил, после них у меня остается впечатление, что Иисус Христос — это самый милый парень на земле. Если бы мне сказали, что мне надо стать похожим на Него, я бы подумал, что мне предлагают стать слабым и пассивным. Приятным для всех, отличным парнем. Похожим чем-то на мать Терезу.

Мне же больше хотелось бы походить на Уильяма Уоллеса.

 

Действительно храброе сердце

Уоллес — это воин и поэт, который в начале XIV века выступил освободителем Шотландии. В момент появления на сцене Уоллеса Шотландия представляла собой порабощенную страну, столетиями находившуюся под железной пятой английских монархов. И английский король Эдуард I по прозвищу Длинноногий, который правил в то время, был самым худшим из всех. Безжалостный угнетатель, Эдуард I опустошал Шотландию, его армия убивала ее сыновей и насиловала дочерей. Шотландское дворянство, мнимые защитники своего народа, взвалили на плечи простых людей тяжелое бремя, а сами тем временем набивали свои кошельки за счет удачных сделок с Эдуардом Длинноногим.

Уоллес был первым, кто бросил вызов английским угнетателям. Король Эдуард пришел в ярость и послал свою армию к полю под Стерлингом, чтобы подавить восстание. Шотландские горцы спустились к этому месту группами от ста до тысячи человек. Пришло время показать, на что способны обе стороны. Но дворяне, малодушные трусы, не хотели сражаться. Они хотели заключить соглашение с Англией, в результате которого им досталось бы еще больше земель и власти. Это были типичные фарисеи, бюрократы… управляющие по делам религии.

Не имея своего лидера, шотландцы начали терять боевой дух. Сначала по одному, затем целыми группами они стали спасаться бегством. В этот момент подъехал Уолесс с отрядом своих соратников, их лица были вымазаны синей краской, они были готовы к битве. Не обращая внимания на дворян, которые уехали на переговоры с английскими военачальниками в надежде договориться о новой сделке, Уоллес выступает с речью к напуганным шотландцам: «Сыны Шотландии… вы приехали сюда сражаться, как свободные люди, а вы и есть свободные люди». Этими словами он выразил суть и указал причину, по которой им надо сражаться.

Он напомнил им, что нельзя жить в постоянном страхе, что каждый из них рано или поздно умрет. «И умирая в своей постели, спустя многие годы, вы будете готовы отдать все дни, которые пройдут с этого мгновения, чтобы вернуться на это поле и доказать своим врагам, что они могут отнять ваши жизни, но не вашу свободу!» — так он убедил шотландцев, что они могут достойно сразиться с англичанами.

Когда он закончил свою зажигательную речь, люди воспрянули духом. Они были готовы к битве. Затем один из друзей Уоллеса спросил: «Прекрасная речь, но что же нам теперь делать?» «Быть собой», — был ответ. «Куда ты направляешься?» — последовал вопрос. «Я собираюсь драться». В конце концов, кто-то должен был противостоять английским тиранам. Пока дворяне всеми силами пытались добиться выгодного соглашения, Уоллес выехал вперед и прервал переговоры. Он вступил в бой с английскими лордами, который перерос в битву при Стерлинге — битву, с которой началось освобождение Шотландии.

Итак, на кого больше похож Иисус Христос: на мать Терезу или на Уильяма Уоллеса? Я бы ответил… когда как. Если вы прокаженный, отверженный, если вы изгой общества, к которому никто никогда не прикасался, ибо вы «нечистый», если все, о чем вы когда-либо мечтали, это обращенное к вам доброе слово, тогда Иисус — воплощение бесконечного милосердия. Он протянет вам руку и поддержит вас.

С другой стороны, если вы фарисей, один из самоуверенных «защитников морали»… берегитесь. Не раз Иисус «вступал в бой» с подобными лицемерами. Вспомните, например, историю об исцелении скорченной женщины из 13-й главы Евангелия от Луки.

Вот что стоит за этой историей: фарисеев вполне можно сравнить с шотландским дворянством — как и последние, они взвалили на плечи народа Божьего тяжелое бремя, сами же и пальцем не пошевелили, чтобы облегчить его. Более того, в своем слепом следовании Закону они настаивали, что исцелить кого-то в субботу — значит совершить грех, так как врачевание равносильно «работе». Они настолько исказили смысл Божьих заповедей, что стали думать, будто человек существует для субботы, а не суббота для человека (Мк. 2:27). У Иисуса уже было несколько стычек с фарисеями, и причиной некоторых из них был именно этот вопрос, приводивший этих лицемеров в бешенство (Лк. 6:11).

Пытался ли Иисус ходить вокруг да около предмета спора, чтобы «не раскачивать лодку» (как предпочитают делать сегодня многие руководители)? Уходил ли Он от ответа, чтобы «сохранить единство церкви»? Ничего подобного. Он говорил прямо, без обиняков, Он уязвил фарисеев, Он вступил с ними в бой. Давайте еще раз прочитаем эту историю:

«В одной из синагог учил Он в субботу. Там была женщина, восемнадцать лет имевшая духа немощи: она была скорчена и не могла выпрямиться. Иисус, увидев ее, подозвал и сказал ей: женщина! ты освобождаешься от недуга твоего. И возложил на нее руки, и она тотчас выпрямилась и стала славить Бога. При этом начальник синагоги, негодуя, что Иисус исцелил в субботу, сказал народу: есть шесть дней, в которые должно делать; в те и приходите исцеляться, а не в день субботний» (Лк. 13:10-14).

Можем ли мы верить этому человеку? Этому скользкому типу? Он все переворачивает с ног на голову. Иисус Христос гневно отвечает:

«Лицемер! не отвязывает ли каждый из вас вола своего или осла от яслей в субботу и не ведет ли поить? Сию же дочь Аврамову, которую связал сатана вот уже восемнадцать лет, не надлежало ли освободить от уз сих в день субботний? И, когда говорил Он это, все противившиеся Ему стыдились; и весь народ радовался о всех славных делах Его» (Лк. 13:15-17).

 

Выиграть битву

Иисус Христос заставляет врага высказаться, показать свое истинное лицо и пристыжает его в присутствие многих людей. Ведет ли себя Бог как джентльмен??? Только если вы не на службе у Его врага. Бог должен выиграть битву, от ее исхода зависит наша свобода. Как сказал Тремпер Лонгман, «в сущности, каждая книга Библии — и Ветхого, и Нового Завета — можно даже сказать, каждая страница, рассказывает нам о том, как сражался Господь».

Интересно, назвали бы египтяне, которые удерживали еврейский народ в рабстве, Яхве славным парнем? Казни, моровая язва, смерть каждого первенца — не очень-то это по-джентльменски, не так ли? Что сказала бы Мисс Хорошие Манеры о возвращение земли обетованной? Разве массовое уничтожение людей имеет что-то общее с традицией «приглашать в гости своих новых соседей»?

Помните одного неистового человека — Самсона? Он совершил немало настоящих мужских поступков: убил голыми руками льва, избил до смерти и раздел тридцать филистимлян, когда они настроили его жену против него, и в конце концов, когда они сожгли ее, убил тысячу человек ослиной челюстью. С таким парнем шутки плохи. Но обратили ли вы внимание на одно обстоятельство? Все эти события происходили тогда, когда «сходил на него Дух Господень» (Суд. 15:14; курсив мой. — Дж. Э.).

А теперь я хочу внести ясность: я вовсе не пропагандирую образ крутого «мачо». Я не предлагаю всем швырять песок в лицо слабакам-фарисеям. Я пытаюсь освободиться от чрезвычайно ошибочного представления, которое сложилось у нас о Боге — особенно об Иисусе, — а значит, и о мужчине, который сотворен по Его образу. Дороти Сэйерс написала, что церковь «очень успешно подрезала когти Льву от колена Иудина», превратив Его в «угодное ей домашнее животное для бледных приходских священников и набожных старушек». Разве с таким Богом вы встречаетесь в Библии? Вот что Он ответил Иову, который усомнился в Его силе:

«Ты ли дал коню силы и облек шею его гривою?
Можешь ли ты испугать его, как саранчу? Храпение ноздрей его — ужас;
Роет ногою землю и восхищается силою; Идет навстречу оружию;
Он смеется над опасностью, и не робеет, И не отворачивается от меча;
Колчан звучит над ним, Сверкает копье и дротик;
В порыве и ярости он глотает землю И не может устоять при звуке трубы;
При трубном звуке он издает голос: «гу! гу!» И издалека чует битву Громкие голоса вождей и крик»
(Иов. 39:19-25).

Боевой жеребец унаследовал отважное сердце своего Создателя. Так же, как и мы; каждый мужчина является «отпрыском боевой ветви». Или по крайней мере являлся таковым. Чтобы определить, что за мужчина перед вами, надо лишь обратить внимание на то, какое впечатление он производит на вас. Скучно ли вам с ним? Пугает ли он вас своими богословскими идеями? Хочется ли вам закричать оттого, что он такой «славный» малый?

В Гефсиманском саду, темной ночью, толпа убийц «с фонарями и светильниками и оружием» пришла за Христом. Обратите внимание на их малодушие — почему они не пришли за Ним при свете дня, когда Он был в городе? Бросился ли Иисус в страхе прочь? Нет, Он с достоинством вышел встретить их.

«Иисус же, зная все, что с Ним будет, вышел и сказал им: кого ищете? Ему отвечали: Иисуса Назорея. Иисус говорит им: это Я. Стоял же с ними и Иуда, предатель Его. И когда сказал им: «это Я», — они отступили назад и пали на землю. Опять спросил их: кого ищете? Они сказали: Иисуса Назорея. Иисус отвечал: Я сказал вам, что это Я; итак, если меня ищете, оставьте их, пусть идут» (Ин. 18:4-8; курсив мой. — Дж. Э.).

Вот вам и проявление силы. Отважный выход Иисуса поразил толпу убийц, которая пришла за Ним. Несколько лет назад один хороший человек дал мне прочитать стихотворение о Христе под названием «Баллада о прекрасном Друге» («Ballad of the Goodly Fere»), написанное Эзрой Паундом. Это стихотворение стало моим любимым. Оно написано от лица одного из мужчин, которые следовали за Христом, возможно, от лица Симона Зилота; стихотворение наполнится для вас особым смыслом, когда вы узнаете, что автор называет Иисуса Fere, что на древнеанглийском языке значит «товарищ» или «друг»:

Разве не потеряли мы прекраснейшего Друга
Из-за священников и преступников?
Конечно, Он любил отважных мужчин,
Корабли и открытое море.

Когда они пришли целой толпой, чтобы забрать нашего Друга,
Было приятно видеть улыбку на Его лице,
«Сначала дайте уйти Моим спутникам», — сказал прекрасный Друг.
«Или быть вам проклятыми», — сказал Он.

Да, Он отправил нас подальше от этой толпы,
И презрение прозвучало в Его смехе:
«Почему вы не схватили Меня, когда Я
Ходил один по городу?» — спросил Он.

Мы пили хорошее красное вино за Его здоровье,
Когда мы последний раз собрались вместе.
Наш прекрасный Друг не был трусливым священником,
Он был самым лучшим Человеком на свете.

Я видел, как Он, размахивая связкой веревок,
Выгнал из храма сотню мужчин
За то, что они превратили святой дом молитвы
В место обогащения и торговли…

Я видел, как Он усмирил сотню мужчин
На галилейских холмах.
Они притихли, когда Он спокойно прошел мимо них,
Взгляд Его напоминал мрачное море.

Море, которое не выносит мореплавателей,
На просторах которого гуляют лишь вольные ветры,
Как волны озера Геннисаретского, которые он усмирил
Несколькими словами, сказанными внезапно.

Прекрасный Друг был нашим Учителем,
Товарищем ветру и морю,
Если они думают, что убили нашего прекрасного Друга,
То они безнадежные глупцы.

Иисус не был ни «трусливым священником», ни бледной служкой с волосами, зачесанными на прямой пробор, говорящим тихо и мягко, избегающим конфликтов, позволившим себя убить, потому что у него не было другого выхода. Он умел плотничать, находил общий язык с рабочим людом. Он — Господь Сил, главнокомандующий армии ангелов, и когда Он вернется, мы увидим Его во главе устрашающего воинства, восседающим на белом коне, с мечом острым, облеченный в одежду, обагренную кровью (см.: Отк. 19). Этот образ больше напоминает нам Уильяма Уоллеса, чем мать Терезу.

Нет сомнений — в Божьем сердце есть что-то неистовое.

Из книги «Необузданное сердце»
Издательство «Шандал», 2004