Главная / Статьи / Рецензии / ИИСУС МЫСЛИТЕЛЬ
ИИСУС МЫСЛИТЕЛЬ
ИИСУС МЫСЛИТЕЛЬ
12.10.2012
1132

В аудитории со всех сторон послышались изумленные возгласы. Выступающий только что произнес следующее: «Из всех людей, когда-либо живших на земле, Иисус был самым умным Человеком». Далеко не все слушатели готовы были услышать такое. Но услышав, подумав, а затем попытавшись найти какие-нибудь разумные доводы, чтобы опровергнуть сказанное, каждый понял, что сказать нечего. Изумленная публика сидела, насторожившись.

Это произошло несколько лет назад. Тогда я действительно сильно удивился. Если бы оратор сказал: «Из всех живших на земле людей Иисус был самым мудрым», мы бы все согласились: «Да, да, конечно» и продолжали бы слушать вполуха. Мы были более чем согласны с мыслью о том, что Иисус является самым мудрым Человеком из всех когда-либо живших на земле. Но в тот день мы услышали другие слова.

Мы услышали, как Даллас Уиллард, профессор философии из университета Южной Калифорнии, сказал: «Из всех людей, когда-либо живших на земле, Иисус был самым умным Человеком».

Так почему же мы все так удивились? Главную причину понять нетрудно. Дело в том, что многие из нас никогда не задумывались об уме Иисуса. Иисус не был умным. Он был мудрым.

Конечно, мудрость предполагает определенную степень ума, но не обязательно на университетском уровне. Мой дедушка был мудрым. Св. Франциск Ассизский был мудрым. Иисус тоже был мудрым. Но «самым умным из всех когда-либо живших на земле людей»?

В качестве Логоса Иисус есть основа человеческого познания — не просто познания христиан или познания Бога, но познания всего и всеми. Когда мир будет судим, он будет судим Тем, Чьи стандарты совершенны и справедливы (см.: Деян. 17:31). Мы этому не удивляемся. Это традиционная христианская теология.

Но посмотрите, что подразумевается под всем этим. Если Иисус есть воплощение Логоса, кем же еще Он может быть, как не самым умным Человеком из всех когда-либо живших на земле? Иисус действительно был настоящим Человеком, но Человеком реальным, а не идеальной платонической формой. Он был Человеком Своего времени.

Мы определенно соглашаемся с тем, что Он знал Бога лично, всей глубиной Своего существа — интеллектуально и эмоционально. Можно равным образом доказать, что Он самый умный и самый лучший рассказчик из всех, когда-либо живших на земле. И уж тем более невозможно найти ни одного философа, мудреца или пророка, который мог бы превзойти Его глубиной этической проницательности. Но Он не знал всего. Он не демонстрировал нам, что является самым умным из всех умных людей на земле, не так ли? Здесь следует быть осторожными, конечно. Я не говорю, что Иисус обладает познаниями физика XX века или знает теорию деконструкции Ж. Дерриды.

Я хочу сказать, что Иисус во время путешествий по дорогам Палестины в большей степени обладал интеллектуальным пониманием, в большей мере был наделен интеллектуальными способностями, чем какой-либо другой человек Его времени. Никто тогда понятия не имел о теории гиперпространств. Если бы она имела отношение к миссии Иисуса, несомненно, Он бы получил доступ к такого рода знаниям. Но они были Ему не нужны.

То есть Он обладал познаниями, необходимыми для современной Ему жизни, но конкретно этого рода знаний не было в Его ведении. Он был Человеком Своего времени. Он обладал таким знанием, которое позволяло Ему силой Духа делать то, что было необходимо для выполнения Его задачи на земле. Если рассматривать Иисуса в образе одного из современных интеллектуалов, можно опасно уменьшить Его до размеров одного из «Иисусов», созданных учеными, которые ассоциируются с «семинарами Иисуса». Мы должны держаться от этого подальше. Иисуса нельзя втискивать в рамки наших представлений даже тогда, когда, по предположению, они основаны на «точных результатах библейских исследований». Иисус — это… Одним словом, Иисус — это Человек, но совершенно не похожий ни на одно сотворенное существо во всех аспектах, включая интеллектуальный.

Как сказал Уиллард в своей лекции, «если Иисус — Господь, как Он может быть глупым?» Конечно, Иисус самый умный из всех людей и самый интеллектуальный из всех интеллектуалов, когда-либо живших на земле. Разве возможно думать о Нем как-то иначе?

И опять, позвольте мне предостеречь вас. Я стремлюсь показать, что Иисус, живший в I веке, — самый умный из всех, когда-либо живших на земле людей, но нам, христианским мыслителям сегодняшнего дня, еще важнее понять, что мы общаемся именно с воскресшим Христом. Учитывая наше историческое прошлое, можно сказать, что Его земные интеллектуальные способности и знания берут свое начало во всеведении, вездесущности и всемогуществе воскресшего Господа. Именно на Него мы уповаем, развивая свой ум. Когда мы сосредоточенно обдумываем сложности квантовой структуры, когда пытаемся понять грамматические формы языка, не имеющего письменности, когда стремимся успокоить нашу встревоженную душу, воскресший Господь — единственный, Кто знает все ответы на все наши вопросы.

И все же, видя, как Иисус проявлял Свои умственные способности на земле, мы можем быть уверены не только в Его бесконечном знании, которым Он обладает, но и в ценности развития и использования собственного интеллекта. Как говорит Уиллард, «внимательно исследуя то, как Иисус применял логическое мышление, мы можем укрепиться в своей уверенности и убедиться в том, что Иисус — Источник всех интеллектуальных и творческих способностей; такое понимание воодушевит нас признать Его Владыкой всех областей интеллектуальной жизни, в которых мы участвуем». Итак, теперь мы обратимся к этой теме.

Как Логос, Иисус Христос есть эпистемологическое основание нашей способности рассуждать. Он Мыслитель. Как воплощенный Сын Божий, Иисус Христос — пример того, как мы должны думать. Кто из нас не хотел бы стать таким, как Он!

Если мы исследуем то, как Иисус изображен в Новом Завете, мы увидим нечто, что могли упустить, если бы не призвали на помощь свое воображение. Тогда мы спросим: что делал Иисус, когда думал? Да, это от нас сокрыто. Но мы можем увидеть, что Иисус делал, когда общался с народом, и это укажет нам, на что хотя бы отчасти было похоже Его мышление.

Синоптические Евангелия показывают нам Иисуса, рассказывающего истории с короткими, сжатыми комментариями. В Евангелии от Иоанна Он читает длинные проповеди и в некоторых из них прибегает к обычным человеческим рассуждениям в соответствии с обычными стандартами логики.

Непредсказуемый Иисус

Любого внимательного читателя Евангелий более всего поражает непредсказуемый характер Иисуса, который вырисовывается на их страницах. Если приглядеться к Нему еще внимательнее, мы увидим, что Его образ постоянно обновляется. Когда мы находимся вдали от текста, образ Иисуса угасает. Его поразительная уникальная реальность утрачивает остроту.

Но когда мы читаем Евангелия, нас поражает нависшая над нами монументальная фигура, которая на каждом шагу выводит нас из состояния душевного равновесия, то приводя в восторг, то повергая в отчаяние, одновременно и утешая, и глубоко беспокоя. В то время как мы будем исследовать ум Иисуса, раскрывающийся в Его беседах с людьми Его времени, нам следует держать в голове одну мысль: все, что Иисус делал и говорил, когда жил среди нас, было совершенно неожиданно.

Неожиданные свойства Его ума начинают проявляться уже в возрасте двенадцати лет, когда в течение нескольких дней Он изумлял раввинов в Иерусалиме Своим «разумом» (см.: Лк. 2:47).

Вскоре после этого (по тексту, не в жизни) Он проявил глубочайшую проницательность, используя слова Писания в Своих ответах сатане (см.: Лк. 4:1-13).

Иисус был не просто умным ребенком; раввины не стали бы тратить на Него свое время, если бы Он был просто умным мальчиком. Знание Писаний в сочетании с сердцем, настроенным на выполнение воли Отца, помогли преодолеть самые хитроумные уловки сатаны, направленные на то, чтобы помешать Ему исполнить Свою миссию.

Мог ли Иисус согрешить? Многие задавались этим вопросом. Ответ Уилларда прост и, я думаю, попадает точно в цель. Да, Иисус мог согрешить, но не сделал этого, потому что был слишком умным. Его нельзя было провести. Подумайте сами: зачем Ему нужно было грешить? Грех не освобождает человека. Он связывает его. Когда Иисус начал встречаться и беседовать с жителями городов и селений, Он вызвал такое враждебное к Себе отношение, что Его жизнь подвергалась опасности практически каждый день.

В самом начале Своего служения Он пришел в Свой родной город Назарет и, как положено, отправился в синагогу на субботнее богослужение. Ему дали свиток для чтения; Он нашел шестьдесят первую главу Книги Пророка Исаии и прочитал первые два стиха. Затем Он возвратил свиток служителю и сел учить (что вполне нормально), после чего заявил, что стихи, описывающие служение Мессии, говорят о Нем. Сначала Его земляки не осознали того, что Он сказал: сначала они отзываются о Нем доброжелательно. Но затем, подумав немного, они приходят в недоумение: не Иосифов ли это сын?

Иисус, словно для того, чтобы шокировать их еще более, цитирует старую притчу: «Никакой пророк не принимается в своем отечестве». Затем Он уподобляет Себя двум величайшим еврейским пророкам — Илии и Елисею. Их также отвергли соотечественники, но приняли чужеземцы: одного в Сидоне, другого в Сирии.

Нам нужно попытаться понять, насколько шокирующим было это заявление. Представьте себе, например, молодого израильского политика, который объявляет в кнессете, что он является долгожданным Мессией и что если другие политики не верят в это, он обратится со своим заявлением в Организацию освобождения Палестины.

Или представим другую ситуацию, в христианском контексте. Молодой студент колледжа приезжает домой на летние каникулы и объявляет в своей баптистской церкви, что он, во-первых, Иисус, вернувшийся на землю, как и обещал две тысячи лет назад, и, во-вторых, если его соседи не поверят ему, он отправится в близлежащий центр Международного общества сознания Кришны; там ему поверят.

Тогда мы поймем, почему «все в синагоге исполнились ярости». Люди пришли в такую ярость, что погнали Иисуса вон из города и готовы были сбросить Его со скалы, если бы Он не прошел сквозь толпу и не покинул их.

Снова и снова мы слышим, как Иисус говорит и делает совершенно неожиданные вещи, часто оскорбляющие чувства окружающих. Он позволяет блуднице помазать миром Свои ноги и в то же время рассказывает хозяину-фарисею, у которого сидит в гостях, умную историю, из которой явствует, что блудница прощена, а он, хозяин, не получил прощения (см.: Лк. 7:36–50).

Когда члены Его семьи попытались повидаться с Ним, но не смогли войти в дом из-за толпы, окружавшей его, тогда Он сказал, что Его ученики, которых Он уже избрал, заменяют для Него и мать, и братьев (см.: Лк. 8:19–21). Он говорит, что для того, чтобы быть Его последователем, человек должен «возненавидеть отца своего и мать, и жену и детей, и братьев и сестер, а притом и саму жизнь свою» (Лк. 14:26). Он исцелял людей, оправдывал Свои действия исполнением закона и отвергал строгое следование правилам субботы.

Кроме Его отношения к субботе, те случаи, что я перечислил, в большей степени открывают нам Его поразительный характер, а не мышление. Но в отношении к субботе склад ума Иисуса проявляется с большей очевидностью. Теперь давайте рассмотрим способы, с помощью которых Иисус доказывал Свою точку зрения: 1) аргументы a fortiori; 2) аргументы на основании фактов; 3) рассуждения в диалогах и спорах с другими людьми; 4) экзегеза Писаний и 5) притчи.

Аргументация a fortiori

Иисус часто утверждает что-то, применяя метод аналогии, а конкретнее, используя то, что технически называется аргументом «тем более». Аргументация a fortiori, как правило, развивается следующим образом:

Признается истина А; 
Подтверждение в пользу Б сильнее, чем подтверждение в пользу А; 
Следовательно, истина Б должна быть признана.

Например: если, в соответствии с нормами человеческой морали, человек заботится о своей кошке, тем более ему следует заботиться о своей матери и любить ее.

Иисус часто прибегал к этому виду аргументации. Особенно яркий пример таких рассуждений можно найти в Евангелии от Иоанна (7:21–23):

«Одно дело сделал Я, и все вы дивитесь. Моисей дал вам обрезание (хотя оно не от Моисея, но от отцов), и в субботу вы обрезываете человека. Если в субботу принимает человек обрезание, чтобы не был нарушен закон Моисеев, — на Меня ли негодуете за то, что Я всего человека исцелил в субботу?»

Формальное выражение этого вида аргументации в данном случае выглядит следующим образом:

Посылка А1: Обрезание ребенка на восьмой день — правильное действие, даже если восьмой день выпадает на субботу. 
Посылка А2: Исцеление всего человека представляет собой более важный животворящий акт, чем обрезание. 
Вывод А: Исцеление всего человека — правильное действие, даже если оно происходит в субботу.

Таким образом Иисус призывает религиозных лидеров вести себя в соответствии с собственным пониманием закона; они уже знают или должны знать, что исцеление человека одобряется Богом. В то же время в этой аргументации подразумевается критика либо их знания, либо их мотивации.

В этом длинном отрывке Иисус несколько раз отмечает, что его критики пытаются убить Его (см.: Ин. 5:18; 7:19; 8:37, 40). Теперь же Он заявляет, что ради этого они готовы либо преступить закон, либо вовсе не принимать его во внимание, хотя сами утверждают, что руководствуются только законом в качестве своего единственного нравственного стандарта.

Следующий пример аргументации a fortiori находится в Евангелии от Луки (18:1–8), где Иисус призывает Своих учеников к настойчивой молитве:

«Сказал также им притчу о том, что должно всегда молиться и не унывать, говоря: в одном городе был судья, который Бога не боялся и людей не стыдился. В том же городе была одна вдова, и она, приходя к нему, говорила: «защити меня от соперника моего». Но он долгое время не хотел. А после сказал сам в себе: «хотя я и Бога не боюсь и людей не стыжусь, но, как эта вдова не дает мне покоя, защищу ее, чтобы она не приходила больше докучать мне». И сказал Господь: слышите, что говорит судья неправедный? Бог ли не защитит избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь, хотя и медлит защищать их? Сказываю вам, что подаст им защиту вскоре».

В силлогической форме аргументация будет выглядеть следующим образом:

Посылка В1: Несправедливый судья совершит справедливое дело, если вы будете упорно этого добиваться. 
Посылка В2: Бог — праведный Судья, и Он, конечно же, поступит еще более милосердно, чем несправедливый судья. 
Вывод В: Бог быстро ответит на вашу настойчивую молитву.

В Евангелиях можно найти великое множество примеров такого вида аргументации.

Аргументация на основании фактов

Мы также можем подтвердить истинность какого-то утверждения, приводя «аргументы» в его защиту. То есть таким образом мы доказываем свою правоту, защищаем свои убеждения. Именно это делает Иисус в пятой главе Евангелия от Иоанна. В Евангелии от Луки тоже представлена подобная форма аргументации.

В пятой главе Евангелия от Иоанна Иисус вступает в ожесточенный спор с религиозными вождями. День был субботний, и Иисус только что исцелил человека у купальни Вифезда. Когда «иудеи» (так Иоанн обозначает религиозных лидеров) услышали об этом, они оскорбились. Они заявили, что традиционные законы запрещают исцеление людей в субботу. Поэтому Иисус так объясняет Свои действия: «Отец Мой доныне делает, и Я делаю». В ответ иудеи «…еще более искали убить Его», ибо Он «…не только нарушал субботу, но и Отцом Своим называл Бога, делая Себя равным Богу» (Ин. 5:17, 18).

Иисус не отвечает на этот вызов. Вместо этого Он перечисляет шесть пунктов, которые, взятые вместе, подтверждают, что Он делает именно то, в чем Его обвиняют. Ниже следует перечень приведенных Им аргументов в парафразе:

1. Я творю то же, что творит Отец — воскрешаю мертвых (5:18–25). 
2. Весь суд Отец отдал Мне, и Я действую как представитель Отца (5:22). 
3. Если кто не чтит Меня, тот не чтит и Бога (5:23). 
4. Верующий в Меня, верует в Бога (5:24–27). 
5. Как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Я имею жизнь в Самом Себе (5:26). 
6. Божьей властью Я всегда творю то, чего желает Он (5:30).

Этими заявлениями Иисус еще более подтверждает выдвинутые против Него обвинения, предоставляя Своим противникам больше оснований для враждебности. Фактически Он говорит: «Вы правы. Я утверждаю, что равен Богу». Но Его критикам более нечего возразить Ему. Он провозглашает Свое равенство с Богом только потому, что Он действительно равен Богу, и Его противники имеют все возможности убедиться в этом. Затем Он меняется ролями со своими оппонентами и приводит пять аргументов в пользу того, почему Его заявления о равенстве с Богом истинны (Ин. 5:31–45):

1. Иоанн Креститель свидетельствует о том, Кто Я есть (5:31–35). 
2. Дела, Мною творимые, говорят о том, Кто Я есть (5:36). 
3. Отец свидетельствует о том, Кто Я есть (5:37). 
4. Писания указывают на то, Кто Я есть (5:39). 
5. Моисей свидетельствует о том, Кто Я есть (5:46).

Иисус полагает, что религиозные лидеры имеют возможность убедиться в истинности предъявленных доказательств. Они слышали свидетельство Иоанна Крестителя; они видели, какие дела творил Иисус; они способны или заявляют о том, что способны, проникнуть в суть Божьих законов; они знают Писания; они принимают Моисея в качестве своего духовного вождя, пожалуй, величайшего духовного вождя, ибо он автор самой Торы.

В Евангелии от Луки мы видим похожий тип аргументации. Иоанн Креститель заключен в темницу и начинает сомневаться в правоте собственного заявления о том, что Иисус есть Мессия. Тогда он посылает к Иисусу своих учеников с вопросом: «Ты ли Тот, Которому должно прийти, или другого ожидать нам?» (Лк. 7:20).

Иисус отвечает им конкретными делами Мессии, о пришествии Которого говорили пророки:

«А в это время Он многих исцелил от болезней и недугов и от злых духов, и многим слепым даровал зрение. И сказал им Иисус в ответ: пойдите, скажите Иоанну, что вы видели и слышали: слепые прозревают, хромые ходят, прокаженные очищаются, глухие слышат, мертвые воскресают, нищие благовествуют; и блажен, кто не соблазнится о Мне!» (Лк. 7:21–23).

Именно эти дела являются исполнением пророчеств, перечисленных в Книге Пророка Исаии (61:1, 2), в том самом тексте, в котором, по словам Иисуса, говорится о Нем (см.: Лк. 4:18, 19). Все аргументы, приведенные Иисусом в Евангелиях от Иоанна и Луки, содержат подтекст, однако если мы начнем углубляться в их смысл, мы отвлечемся от темы этой главы, в которой нам нужно убедиться, что Иисус часто мыслил обычными человеческими категориями, прибегая к обычным человеческим рассуждениям.

Именно так Он утверждал Свою позицию, в данном случае относительно того, Кто Он есть в действительности. Проблема личности Иисуса также горячо обсуждается в Евангелиях.

Иисус Спорщик

Седьмая и восьмая главы Евангелия от Иоанна, кроме короткого отступления (7:53-8:11), представляют собой один бесконечный спор. Действие происходит в Иерусалиме во время праздника кущей, слушатели Иисуса — простой народ и духовные лидеры (Иоанн называет их просто «иудеями»); главным же вопросом в этих спорах является личность Иисуса. За Кого выдает Себя Иисус? И Кто же Он на самом деле?

Отследить ход и развитие полемики исключительно сложно. Обвинения и возражения, аргументы и контраргументы следуют один за другим, как бесконечная паутина. Мы не будем рассматривать этот спор подробно, иначе наше исследование превратится в слишком глубокую библейскую экзегезу. Мы извлечем для себя больше пользы, просто исследовав характер самого спора. Вся полемика сосредоточена на главном заявлении Самого Иисуса о том, что Он послан Богом, чтобы израильтяне узнали, Кто есть Бог, во что им верить и как потом жить.

Когда Иисус начал учить во дворе храма, Он привел Своих слушателей в изумление. «…как Он знает Писания, не учившись?» — спрашивали они (Ин. 7:15).

Но разве Иисус не учился? У нас нет никаких оснований думать, что Он получил формальное образование, но учитывая тот случай, который произошел с Ним в двенадцатилетнем возрасте, мы можем предположить, что само понятие «обучения» не было для Него незнакомым. Во всяком случае, легко убедиться в Его выдающихся знаниях. Однако Сам Иисус считает источником Своих знаний Бога. Более того, Он говорит: «…кто хочет творить волю Его, тот узнает о сем учении, от Бога ли оно, или Я Сам от Себя говорю» (Ин. 7:17).

В «эпистемологии» Иисуса выполнение Божьей воли неразрывно связано со «знанием» (ясным пониманием), от Бога ли Его учение. Если оно от Бога, тогда напрашиваются невысказанные предположения, явно подразумеваемые в еврейских Писаниях, о том, что учение Иисуса верно и что знать (и творить) правду — высшая ценность. Вот почему Иисус немедленно обвиняет религиозных лидеров в том, что они отделяют знание от делания, то есть не повинуются закону, который считают истинным и обязательным: «Не дал ли вам Моисей закона? и никто из вас не поступает по закону» (Ин. 7:19). И не только это; Иисус также раскрывает их тайные намерения убить Его.

Они возмущенно отрицают свою причастность к этим планам, в свою очередь, задавая провокационный вопрос: «…не бес ли в Тебе?» (Ин. 7:20). Иисус отметает это обвинение и продолжает Свое наступление, ставя им в вину то, что они судят по наружности и не ищут истины.

В остальной части седьмой и восьмой глав Евангелия от Иоанна Иисус сражается с силами лицемерия, заблуждения и намеренного, ожесточенного отказа видеть истину. В результате этого одни осознают свою греховность, а другие хотят, чтобы Его арестовали и предали смерти. Но благодаря силе Своего характера и мощи интеллекта Иисус, вступив в схватку, спокойно, но твердо делает еще одно, шокирующее заявление:

«Я пришел не Сам от Себя, но истинен Пославший Меня, Которого вы не знаете. Я знаю Его, потому что Я от Него, и Он послал Меня» (Ин. 7:28, 29). «Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой» (Ин. 7:38). «…Я всегда делаю то, что Ему [Отцу] угодно» (Ин. 8:29).

Также твердо и обдуманно Он отвечает на их отказ поверить в то, что Он говорил о Себе. Если мы хотим знать и творить правду, тогда мы не сможем читать эти главы, не признавая глубины интеллекта Иисуса.

Это выступление достигает своего кульминационного пункта в середине восьмой главы Евангелия от Иоанна. В этот момент, несмотря на отвержение некоторых, «многие уверовали в Него», и именно к ним Он обращается: «Тогда сказал Иисус к уверовавшим в Него Иудеям: «если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8:30–32). Если Иисус действительно Тот, Кого Отец послал сообщить людям, как им жить, тогда они должны обратить внимание на Его слова и действовать соответствующим образом. Это логично.

Но, как часто бывает в разговорах с Иисусом, происходит неожиданное. «Верующие» тут же отказываются выполнять это повеление, прежде всего потому, что повиновение будет означать их веру в то, что они не могут принять, то есть в то, что они связаны грехом. В конце концов после того, как Иисус сделал Свое исключительно «высокомерное» заявление («Истинно, истинно говорю вам: прежде нежели был Авраам, Я есмь» [Ин. 8:58]), они пришли в такую ярость, что готовы были побить Его камнями.

Можно сказать, что Иисус создает для Себя проблемы, утверждая собственное интеллектуальное превосходство, то есть что Он знает то, чего другие не знают. Но намного важнее тот факт, что Иисус «рассуждает», обращаясь к обыкновенным людям, таким, как мы с вами. Он полагает, что Его слушатели поймут Его и, если захотят выполнять Его повеления, смогут понять и принять истину о Боге, истину о Нем и истину о себе. Эти две главы (Ин. 7-8) действительно представляют собой ярчайшие примеры особенностей мыслительной деятельности Иисуса.

Иисус Рассказчик

Каждый, кто хоть что-нибудь знает об Иисусе, знает и то, что Иисус — великолепный рассказчик, воистину, самый блестящий рассказчик из всех, когда-либо живших на земле.

Я хочу проанализировать историю, притчу о добром самарянине. Это наиболее яркий пример проявления специфического дара Иисуса Рассказчика. Кроме того, эта притча иллюстрирует многие особенности характера Иисуса, которые мы уже видели.

Иисус часто вовлекает в Свои рассказы слушателей. Особенно явно это прослеживается в Его притчах. Но кто составляет Его аудиторию? Естественно, Его слушают в первую очередь «эксперты в области закона», но у Него есть и другие слушатели. Сцена, на которой разворачивается повествование притчи, позволяет нам увидеть их всех:

«И вот, один законник встал и, искушая Его, сказал: Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную? Он же сказал ему: в законе что написано? как читаешь? Он сказал в ответ: «возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя». Иисус сказал ему: правильно ты отвечал; так поступай, и будешь жить. Но он, желая оправдать себя, сказал Иисусу: а кто мой ближний?» (Лк. 10:25–29).

Обратите внимание на первую половину аудитории: законник не руководствуется желанием узнать, чему хочет научить его Иисус, но скорее стремится «испытать» Иисуса. В конце концов, — думает он, — я эксперт в этих вопросах. Посмотрим, знает ли Иисус так же много, как я.

Но Иисус, видя его неискренность, тут же использует против законника его же оружие и задает ему конкретный вопрос. Далее Он хвалит фарисея за технически правильный ответ, взятый прямо из еврейских Писаний (см.: Втор. 6:4–8; Лев. 19:18).

Но затем Иисус делает еще один шаг и говорит ему: «Так поступай, и будешь жить», и тогда законник осознает, что похвала Иисуса действует как бомба с часовым механизмом, которая начнет отсчитывать время, как только они с Иисусом расстанутся. Ведь законнику придется жить в соответствии с собственным ответом на вопрос, который он сам же и задал! То есть ему придется любить Бога, а также и своих ближних.

В своих дальнейших ответах законник не касается первой заповеди. Он знает, что ее нельзя подвергать испытанию. Он не может сказать: «Но Кто есть Бог?», не обнаруживая при этом своего невежества, за что «эксперту» не будет никакого оправдания. Поэтому он задает вопрос ко второй заповеди и просит дать определение понятию ближний. Он хочет не просто проверить способность Иисуса толковать закон, но и ограничить круг своих обязанностей приятной для себя группой людей, может быть, даже представителями своей социальной группы.

Итак, желая уйти от ответственности, фарисей задает более технический вопрос о законе: «Но кого же я должен любить, как самого себя?» На первый вопрос законника Иисус ответил прямо.

А на второй Он отвечает знаменитой историей:

«На это сказал Иисус: «некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым. По случаю один священник шел тою дорогою и, увидев его, прошел мимо. Также и левит, быв на том месте, подошел, посмотрел и прошел мимо. Самарянин же некто, проезжая, нашел на него и, увидев его, сжалился и, подойдя, перевязал ему раны, возливая масло и вино; и, посадив его на своего осла, привез его в гостиницу и позаботился о нем; а на другой день, отъезжая, вынул два динария, дал содержателю гостиницы и сказал ему: «позаботься о нем; и если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе». Кто из этих троих, думаешь ты, был ближний попавшемуся разбойникам? Он сказал: оказавший ему милость. Тогда Иисус сказал ему: иди, и ты поступай так же» (Лк. 10:30–37).

Но ответил ли Иисус на вопрос законника? Нет. Сам вопрос был некорректным. Дело вовсе не в том, «кто мой ближний», но в том, «каким я хочу быть?» Ты сам должен стать ближним, а это значит, что каждый, с кем ты вступаешь в контакт, должен стать предметом твоей заботы. Действуй, как ближний. Пусть все твои действия и поступки будут действиями и поступками ближнего. К концу этой истории законник не только не оправдал себя в собственных глазах и в глазах Иисуса, но опять попался на тот же крючок.

Диалог Иисуса с законником выявил не только неискренность последнего. Иисус произвел фундаментальную оценку отношения законника к его положению в обществе. И вот здесь-то история начинает приобретать более универсальный характер — она имеет отношение не только к законнику, но и к нам с вами. Другими словами, у Иисуса есть и другая аудитория — и это мы с вами, дорогие читатели.

Представьте эту историю в условиях современности. На место священника и левита поставьте людей, которые пользуются уважением в обществе, — наших духовных лидеров, старейшин церкви, общественную и даже нравственную элиту. А на место самарянина можно поставить людей, отверженных обществом. Это могут быть: бездельник и лентяй (если мы много работаем), мать-одиночка (если мы примерные родители), преуспевающий коммерсант (если мы простые и скромные христиане), ярый феминист (если мы противники радикального феминизма), палестинец (если мы израильтяне), неприятный и несносный студент-сокурсник (если мы студенты колледжа).

Возьмем самого неприятного человека — и он будет самарянином в нашей истории. Он будет примером добросердечного отношения к своим ближним. И нам нужно будет подражать этому человеку.

Готовы ли мы к этому? Сможем ли мы сквозь призму своих предубеждений оценить его поведение по достоинству? Разве такая история не станет обличением нас самих? «Иди, и ты поступай так же, — говорит нам Иисус. — Делай так, как делает тот, кого ты презираешь, ибо тот, кого ты презираешь, поступает, как Бог».

Станем ли мы делать это? Способны ли мы каждый раз видеть в поведении людей их добросердечное отношение к другим и ценить его? Когда мы осознаем, что наше доброта не простирается дальше нашего собственного носа?

Основание человеческого познания

Основанием человеческого познания является не автономия, или независимость, человеческого рассудка или автономия человеческого опыта. Главное философское и теологическое основание всего человеческого знания есть Логос. И это основание онтологического характера: Бог не только Личность, но и Разум и Смысл. Логос воплощается в Иисусе Мыслителе.

Итак, Иисус действительно мыслитель и даже интеллектуал. Правда, Он не акцентирует этот аспект Своей сущности и не привлекает к нему особого внимания. Он также не выделяет «ученых» людей как некий особый класс. В действительности в момент наивысшего восторга Он делает противоположное.

«В тот час возрадовался духом Иисус и сказал: славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл младенцам. Ей, Отче! Ибо таково было Твое благоволение» (Лк. 10:21).

Это не значит, что «мудрые и разумные» ради познания истины должны отказаться от своего интеллекта и что интеллектуалы должны превратиться в антиинтеллектуалов. Но это значит, что каждый должен прежде всего стать как дитя, чтобы суметь принять Божье откровение. Сначала должно произойти принятие Божьих даров — самого интеллекта и того, что он познает благодаря Божьему откровению, содержащемуся в книгах Писания и в природе. Августин правильно выражает это в своем принципе: «Я верю, чтобы понять».

Смирение Иисуса, конечно, не препятствовало Его интеллекту. Он был полнотой мудрости и венцом красоты. Он был Тем, Кем Он был, и в качестве воплощения Я ЕСМЬ в Нем не было никакого недостатка.

Думаю, нам, однако, нужно понять, что во время Своей земной жизни Иисус проявил все интеллектуальные добродетели: стремление к истине, стремление к последовательности во всем, стремление к святости и сострадание к другим людям.

В какой из них Иисус не был образцом для подражания? И опять же, Его смирение проявляется во всех аспектах Его деятельности. Утверждая Собственное владычество, Иисус делал это с величайшим смирением, преклоняясь перед Отцом как Своим Владыкой: «Мое учение — не Мое, но Пославшего Меня», — говорит Иисус, начиная длинную проповедь в седьмой и восьмой главах Евангелия от Иоанна (см.: Ин. 7:16).

Более того, ранние утренние часы, которые Он посвящал общению с Богом, включали как духовные, так и интеллектуальные практики: тишину, уединение, внимание, молитву.

Его диалог с законником вместе с притчей о добром самарянине считается примером латерального мышления: Он сменил ложную «законническую» парадигму вопрошавшего на истинную парадигму Царства Божьего.

Итак, в этой главе мы поставили своей целью не только признать Божественный Логос основанием человеческого разума, но и понять, что Божественный Логос, воплощенный в Сыне Божьем, является образцом христианина-интеллектуала. Христос Логос есть Иисус Мыслитель. Разве не говорит Он нам сегодня то же, что сказал «эксперту-законнику»: «Иди, и ты поступай так же»?

Из книги "Привычка мыслить",
издательство "Шандал"