Главная / Статьи / Взгляд / А О ЧЕМ ЭТО ОНИ?

Прочитал статью Г. Сергиенко «Неусвоенные уроки прошлого» («Мирт», №1-2010) и ответ В. Рягузова, опубликованный в этом номере, и, честно говоря, обе вызвали похожую реакцию: удивления и вопроса: «а о чем это они?».

Вероятно, причина в том, что в Самаре я был только «наскоком» - провел семинар и уехал. С выпускниками школы проповедников никогда не встречался. Поэтому пытался перенести наблюдения и выводы Геннадия Сергиенко на свой христианский опыт, и... ничего не получилось.

Притча, с которой Геннадий Сергиенко начинает свою статью, — отличается от того, с чем приходилось сталкиваться мне. А именно, что часто пожилые члены церкви оказывались более строгими в отношении того, кого можно считать спасенным, да и в других богословских вопросах. Открытость же молодежи часто граничила с неразборчивостью, если не универсализмом.

Подход к толкованию Писания, который я встречал у некоторых пожилых верующих, был также далек от описываемого автором «точно выверенного христоцентричного фокуса». Я помню, с какой завистью в начале 90-х годов я смотрел на тех, кто мог построить проповедь на толковании отдельных незначительных деталей Писания, состыковать несвязанные отрывки и выстроить из всего этого сложную схему.

Эсхатологическая же направленность подобных построений была, как минимум, не меньше христологической. Чего хотя бы стоило толкование Книги Даниила, как прообраза противостояния коммунистического и капиталистического мира, или толкование на Книгу Песнь Песней как на прообраз грехопадения человечества в Быт.3. И при этом каждое такое толкование претендовало на то, чтобы считаться непреложной истиной.

Я бы не хотел обобщать и говорить, что все или даже большинство верующих соотечественников были подвержены такому смещению акцентов. Скорее утверждаю, что подход американского проповедника Мак-Артура не является чем-то новым для России, но, напротив, хорошо соответствует некоторым течениям в евангельском христианстве, существовавшим и до него.

И проблема не пришла извне. Это общая проблема, не имеющая географических границ.

Но все же я отчасти соглашусь с Геннадием Сергиенко. Именно молодым людям свойственен больший радикализм, чем пожилому поколению. Но это можно списать на особенности возрастной психологии, а не искать глубокие духовные проблемы или признаки завезенной болезни. Приобретение знаний требует меньше времени, чем обретение мудрости и зрелости.

С этим связаны и другие проблемы, описанные автором. Все эти проблемы - это области постоянного поиска баланса. Личные границы душепопекаемого и необходимость активного вмешательства в его жизнь со стороны душепопечителя, авторитет руководства и роль общины, роль малой группы и единство всей церкви...

Споры между сторонниками той или иной позиции всегда имели место. Причем возникали они независимо от того, оказывалось ли на церкви влияние извне или же они развивались в полной изоляции от внешнего мира.

Возможно, в Самаре и возникли серьезные перегибы, но, не видя ситуацию изнутри, судить не берусь. Но я был бы осторожен в поисках виноватых на стороне. Достаточно легко назвать виноватым плохого проповедника с Запада и посчитать все проблемы «одним из побочных эффектов образования, спонсированного Западом». И даже увидеть в этом сознательные происки неких злых сил, которые готовят оружие «для разрушения ... поместных церквей братства».

Гораздо сложнее признать, что авторитаризм, неспособность выслушать оппонента, искажение Писания - все это наши собственные болезни. Не уникальные, но свойственные части церквей и в других странах. И лекарство состоит не в том, чтобы отгородиться от других, но узнать, что противопоставляют этим болезням те, кто осознал их раньше, и, самое главное, решить, что мы можем изменить у себя.

Это то недоумение, которое вызвала у меня статья Геннадия Сергиенко. С другой стороны, ответ Виктора Рягузова мне показался тоже несколько некорректным и, на мой взгляд, частично подтвердил некоторые из наблюдений, изложенных в первой статье.

Довольно большую часть своего письма Виктор Рягузов посвятил защите авторитета Мак-Артура. Но защита эта довольно странная. Утверждения, что «глупец не создаст церковь из 10 тысяч членов и не пробудет в служении Словом сорок лет», «из моих личных контактов ... я вынес о нем впечатление как о человеке Божьем...» и отсутствие насмешек со стороны Ларри Кинга - не слишком серьезные обоснования авторитетности толкований.

На фоне почтения к богословскому гению Мак-Артура излишне резко звучит оценка отечественного богословия и учебных заведений: «Люди знают много фактов Писания, однако богословское осмысление этих фактов – для них еще недоступная вершина … Если бы оно [богословие — Л.Г.] было у нас как теологическая дисциплина, тебе было бы незачем учиться в Фуллеровской семинарии, окончил бы Московскую».

Я понимаю, что сложно коротко и четко опровергнуть обвинения, связанные с вопросами, на которые не существует простых однозначных ответов. В одной и той же церкви найдутся одни люди, которым будет не хватать четкого руководства, другие же будут мечтать о большей свободе. Кому-то будет не хватать тесного общения в группах, другие же увидят в этом опасность сепаратизма.

Не решусь и оценивать сложившуюся ситуацию в школе проповедников. Однако не соглашусь и с резким неприятием самой возможности публичного обсуждения подобных тенденций.

Не стоит запугивать предупреждениями Христа о наказании за соблазнение грешника, или сравнивать автора с библейским Хамом. Не об этом говорят эти отрывки. А газета «Мирт» — это издание, обращенное в значительной степени к евангельским верующим, нежели к внешнему миру. Но даже если она окажется у человека нецерковного, то честное обсуждение проблем, на мой взгляд, может лишь привлечь такого к церкви, покажет стремление к чистоте и совершенству.

Хотелось бы однако пожелать обоим авторам выйти из непродуктивной формы спора в форме обвинение-оправдание, от выставления друг другу диагнозов типа «Авессаломова болезнь» или «фуллеровский синдром». Гораздо полезнее будет, если мы сможем перейти к обсуждению самих поднятых проблем: положительная и отрицательная роль западного образования, опасности и созидательная сила фундаментализма, степень полномочий душепопечителя... Такая дискуссия уже идет в различных кругах, и вклад людей, смотрящих на эти проблемы с разных сторон, был бы полезен многим.