Главная / События и факты / ИЗ АРХИВА

ИЗ АРХИВА

Году в 99-ом ко мне обратился пастор-американец одной петербургской евангельской церкви. Назовем его Джоном. Он попросил перерегистрировать религиозную организацию в соответствии с вновь принятым законом «О свободе совести и о религиозных объединениях». Подготовили пакет документов, представили в Управление юстиции. Неожиданно звонят из регистрирующего органа. Документы в порядке, но у члена «десятки», того самого Джона, краткосрочная религиозная виза. А закон, как известно, требует постоянного и законного проживания на данной территории. Отмечу лишь, что в те годы это правило не соблюдалось слишком строго.

Спрашиваю, что же делать. Просят убрать иностранца и хотя бы формально включить россиянина. А после перерегистрации принять в члены церкви Джона и еще хоть сто американцев. Объясняю ситуацию Джону, он неожиданно приходит в неописуемую ярость. Кричит, что он столько сделал для России – привозил гуманитарку тоннами в самые голодные годы, печатал книги и газеты, евангелизировал, ставил воскресные спектакли. В общем, поставил условие, что либо он остается в списках церкви, либо он весь этот проект бросает и немедленно уезжает в Америку.

Снова обращаюсь за советом к чиновникам. Подумали: «Привезите письмо от патриарха, пусть он походатайствует за американца». Разумеется, посмеиваются. С упавшим сердцем прихожу к Джону. А он реагирует мгновенно: «Ничего проще! Что ж вы сразу не сказали, что такое письмо требуется». Оказывается, в конце 80-х этот миссионер в числе первых прибыл в СССР, встречался с руководителями РПЦ, много им помогал.

Буквально через несколько дней в Петербург приходит письмо с огромной синей печатью с серафимами. Митрополит ходатайствует за своего друга. Стоит ли говорить, как удивлены были юристы и как быстро эта церковь прошла перерегистрацию.

***

Однажды с американским миссионером-баптистом приехал в ГАИ ставить на учет его шикарный джип. Подаем в окошечко документы. Немолодой капитан их внимательно изучает, чувствуется, что не каждый день держит в руках американский паспорт. Вдруг документы веером летят из окошка обратно, почти что нам в лицо. «Мы свидетелей иегов не регистрируем!», - заявляет капитан, увидевший религиозную визу американца.

Объясняю, что мы не «свидетели», а всего-лишь баптисты. Строгий капитан меняется в лице. Улыбаясь, говорит, что знает баптистов, они хорошие ребята, не пьют, не курят. Знает, что находятся они на Поклонной горе в Озерках (там центральный храм евангельских христиан-баптистов в нашем городе, они там уже полвека).

Рука капитана потянулась поставить положительную визу на нашем заявлении. Внезапно все портит американец – формалист и правдолюб: «А я не с Поклонной горы! Я совсем из другой церкви».

Гаишник опять становится суровым: «Так вы не баптист?». «Нет, баптист, но из другой деноминации», - объясняет миссионер. Удивлению (неподдельному!) капитана нет предела: «А разве баптисты не все одинаковые?». «Да только в нашем штате 454 разновидности баптистов», - объясняет обладатель джипа.

Вскоре джип с новехонькими номерами выезжает за территорию управления ГАИ и... тут же останавливается постовыми. «Вы почему едете прямо через нашу клумбу! У нас такое даже генерал себе не позволяет!». Но здесь начинается совсем другая история...

***

Всегда интересно поговорить со старшими коллегами. В одном из ленинградских областных судов разговорился с адвокатессой. Она два десятка лет отработала в областной прокуратуре. Разумеется, поинтересовался, были ли в те годы (70-80-е) «религиозные» процессы. Дама долго вспоминала. Наконец сказала: «Да, был такой случай».

В одном из райцентров Ленобласти, по соседству с Эстонией (тогда Эстонской ССР) скончалась одинокая бабушка. Родных у нее не осталось, имущество должно было быть обращено в доход государства. За тем и пришли участковый, техник и дворник в опустевшую квартиру. Стали описывать нехитрый скарб бабушки. И тут видят в платяном шкафу такое, что невольно хочется зажмуриться и снова открыть глаза. Не сон ли это? В шкафу висели два комплекта эсэсовской формы. С эполетами, шевронами, значками!

Разумеется, сейчас найди даже танк, никто не стал бы поднимать шум. Но не такими людьми были участковый и его друзья. Были они людьми советскими. А, значит, обратились в прокуратуру. Почему, мол, у нашей советской бабушки хранится фашистская форма?

Выяснили. У бабушки было два сына. В 44-ом они ушли на запад вместе с эстонским легионом СС. Да там и сгинули. А мать всю жизнь хранила френчи сыновей, думала, вернутся, оденут...

Следователи решили не останавливаться на достигнутом. Кто входит в «ближний круг» бабушки-антисоветчицы? Оказалось, что старушка ходила в незарегистрированную баптистскую общину. В помещении общины был произведен обыск. Нашли подпольную религиозную и политическую литературу, изданную в США, и типографский станок. Дело у прокуроров было изъято более весомой организаций. И, по слухам, кое-кто из лидеров общины надолго сел в тюрьму.

Совсем недавно этот рассказ получил неожиданное подтверждение. Мне рассказали сами баптисты, что тогда была разгромлена типография нелегального журнала «Христианин». Власти обнаружили замаскированный чердак, где стоял типографский станок. Там же жили несколько человек без прописки. Они день и ночь печатали запрещенную литературу...