Главная / Статьи / Бог / Средство от иисусодефицита
Средство от иисусодефицита
Средство от иисусодефицита
26.10.2015
1665

«Кто говорит о безопасности? Конечно же, он опасен. Но он добрый» (Клайв Льюис)

 

Иисус. Какой зрительный образ предстает перед вами, когда вы слышите это Имя? Представляете ли Младенца в яслях или бродячего Учителя? Радостного Весельчака с детьми на руках? Утешителя безутешных? Обличителя самодовольных? Целителя страждущих? Мученика, умирающего на Кресте? Всепрощающего Друга, призывно раскрывающего объятия?

Все эти образы верны. Но если ваше представление об Иисусе ограничено лишь ними, вы упускаете нечто важное. Ведь мы, «если же и знали Христа по плоти, то ныне уже не знаем» (2 Кор. 5:16).

О распространении ВИЧ, – вируса иммунодефицита человека, – говорят как о серьезной угрозе человечеству. Настало время говорить об эпидемии ВИЦ – вируса иисусодефицита церкви.

В Церкви хватает всего – проповедей, гимнов, благотворительных программ, служений, библейских уроков и т.п. Лишь Иисус нередко остается «за скобками» – за закрытой дверью (3:20)*.

Так – спокойнее. Стоит отворить, и Он готов войти, разделить с нами вечерю. Но не нашу вечерю – Его вечерю. Своего места в Церкви Он не станет делить ни с какими нашими программами, как бы хороши они ни были. Он – Бог-Ревнитель (Исх. 34:14).

Книга Откровения – средство от ВИЦ, недостатка полноты образа Христова в нашем восприятии. Не будем забывать: Вавилон уже пал. Мы уже – граждане Небесного Иерусалима. И, будучи агентами Божьего присутствия на территории поверженного противника, мы постоянно подвергаемся двум опасностям – гонениям (Вавилон желает подчинить нас силой) и соблазнам (Вавилон пытается завлечь нас сиюминутными заменителями вечной радости). Вирус иисусодефицита не только ослабляет иммунитет Церкви перед лицом этих опасностей, но и ведет к появлению в ней двух болезненных синдромов.

Первый – «синдром панибратства».

Когда в гениальном произведении Льюиса Кэрролла «Алиса в стране чудес» заглавную героиню пугают внезапные появления и исчезновения Чеширского Кота, она осмеливается обратиться к нему с просьбой:

« – Можно вас попросить не исчезать и не появляться все время так внезапно, а то у меня прямо голова кружится!

– Договорились, – сказал Кот и на этот раз действительно стал исчезать по частям, не спеша: сначала пропал кончик хвоста, а потом постепенно все остальное; наконец осталась только одна улыбка, – сам Кот исчез, а она еще держалась в воздухе.

от это да! – подумала Алиса. – Кот с улыбкой – и то редкость, но уж улыбка без кота – это я прямо не знаю что такое!"»

Нас пугает образ Иисуса из Книги Откровения. Лев из колена Иудина – не ручная киска. Его невозможно приручить. И потому мы просим: а можно нам всего Льва не показывать? Нам достаточно одной улыбки. С ней проще иметь дело.

Пожалуй, наиболее характерным проявлением «синдрома панибратства» является распространение того, что я бы назвал «богословие Папочки». Зародилось оно, как результат лингвистического недоразумения. Апологеты христианства стали приводить в доказательство того, что Иисус – Сын Божий, «аргумент от грамматики». Сводится он к тому, что Иисус не просто говорит о Боге как об Отце («отец» по-еврейски – «ав», как, скажем, в именах Ав-Раам, «отец множества», Ав-Шалом (славянский вариант – Авессалом), «отец мира», и т.п.). Он обращается к Богу непосредственно, употребляя слово «отец» в звательном падеже («авва»). Англоязычным читателям, не имеющим представления о падежах, приходилось объяснять, что таким образом слово «отец» может употреблять только родной сын. Те же, в свою очередь, поняли это так, что Иисус называл Бога «Daddy», «Папа» (хотя в еврейском такой отдельной словоформы не существует).

Из английского обращение к Богу «Папочка» перекочевало и в наши края, где, казалось бы, нет нужды объяснять значение звательного падежа. Даже в русской грамматике, очень упростившейся за последние сто лет, звательный падеж продолжает существовать как в архаичных (отче, сыне, старче, человече, владыко, и т.п.), так и в бытовых формах (пап, мам, деда, бабуль, Вань, Маш). В украинском же, болгарском, польском или, скажем, грузинском вокатив по сей день сохраняет официальный статус.

Но улыбка без кота – она же столь привлекательна! Вот и звучат в некоторых церквах молитвы к «Папуле». И, в общем-то, неплохо осознавать, насколько близкие отношения мы имеем с Отцом Небесным, получая усыновление через жертву единородного Сына Божьего (Рим. 8:15-17). Хуже, когда теология «Папули» порождает христологию «Братули». Раз Он – наш Брат, значит, Он нам чем-то обязан.

В итоге церковь теряет первую любовь (2:4), наполняется ложными учениями (2:15), потакает безнравственности (2:20), погрязает в лицемерии (3:1) и безразличии (3:16). Мы идем в святилище, как на профсоюзное собрание. Превращаемся в церковных снобов (3:17), являя миру искаженный образ Христов. Подменяем божественный свет собственным. Становимся ложными свидетелями.

Когда Би-Би-Си еще при жизни Клайва Льюиса приступала к экранизации «Хроник Нарнии», автор был категорически против. Он не хотел, чтобы образ Аслана ассоциировался с большой плюшевой игрушкой, в обнимку с которой так спокойно спать.

Рядом со Львом не может быть уютно. Если мы не трепещем при приобщении к божественной святости – что может удержать нас от греха? Горит ли наше сердце воскресным утром, когда мы направляемся на богослужение? Размышляем ли – куда и зачем идем? Немеем ли от благоговения, входя в собрание святых? Понимаем ли, с Кем имеем дело? Или вирус иисусодефицита уже разъел нашу способность адекватно воспринимать божественную реальность?

Откровение Иисуса Христа, которое дал Ему Бог, чтобы показать рабам Своим, чему надлежит быть вскоре, послав оное через Ангела Своего рабу Своему Иоанну (1:1) вправляет нам мозговой вывих. Оно – эффективное средство от «синдрома панибратства», этого тяжкого духовного расстройства.

Каким же видит Иисуса Иоанн? В первую очередь, он видит Его ходящим посреди семи золотых светильников, которые представляют Церковь (1:12-13). Христос не поглядывает из облачной выси на то, как Его подданные борются с подстерегающими их посреди Вавилона опасностями. Он – посреди Своего народа!

Далее, Иоанн видит Иисуса, подобным Сыну Человеческому (1:13). В книге Откровения четыреста четыре стиха, но ветхозаветных ассоциаций – более пятисот! И эта – среди наиболее очевидных: «Видел я в ночных видениях, вот, с облаками небесными шел как бы Сын человеческий, дошел до Ветхого днями и подведен был к Нему. И Ему дана власть, слава и царство, чтобы все народы, племена и языки служили Ему; владычество Его – владычество вечное, которое не прейдет, и царство Его не разрушится» (Дан. 7:13,14). Перед нами – не провинциальный Плотник, оттачивающий преподавательские навыки на местных рыбаках. Он – Тот, Кто облечен всей полнотой Божественной власти! Не удивительно, что одет Он в царское убранство (1:13)!

Голова Его и волосы белы, как белая шерсть, как снег (1:14). Седина эта – не признак старения, а венец славы на пути правды (Прит. 16:31). Он – Древний Царь, воссевший на Свой трон: «Его одеяния были белы, как снег. Волосы у Него на голове были белые, словно белая шерсть» (Дан. 7:9).

Глаза Его – как яркое пламя (1:14). Его взгляд проникает в глубины души, высвечивая все тайные помыслы нашего разума и сокровенные желания нашего сердца. Ничто не может быть сокрыто от Него!

Ноги подобны раскаленной бронзе (1:15). В то время, как человеческие цивилизации представляются колоссом на глиняных ногах (Дан. 2:42), Царь славы – непоколебим, и голос Его – как шум вод многих (1:15). Это – тот самый голос, который слышали ветхозаветные пророки: «Слава Бога Израилева шла от востока, и глас Его – как шум вод многих, и земля осветилась от славы Его» (Иез. 43:2).

В правой руке у Него – семь звезд, и семь светильников (1:16), представляющих Церковь (1:20). И как роль светильников – светить во тьме, так и нам надлежит быть светом Христовым в Вавилоне. «В мир пришел свет, но люди предпочли свету тьму, потому что злы их дела. Всякий, кто делает зло, свет ненавидит и не идет к свету, чтобы не стали известны злые его дела. А кто по правде живет, идет к свету, чтобы явными стали дела его, во имя Бога свершенные» (Ин. 3:19-21).

Во рту Его – обоюдоострый меч (1:16), знак власти. Но в то время как мирская власть держится на войсках, полиции, бомбах, ракетах и т.п., Его власть – в слове, исходящим из уст Его. И всем видом Он подобен сияющему Солнцу (1:16) Кто в силах смотреть на Солнце? Таково же и сияние славы Христовой!

 «И когда я увидел Его, то пал к Его ногам, как мертвый» (1:17), – пишет Иоанн, двоюродный брат Иисуса и один из трех Его ближайших друзей; любимый ученик, беззаботно возлежавший на груди Учителя во время Тайной Вечери. И вот, этот самый Иоанн, увидев Иисуса, «пал к ногам Его, как мертвый». Какова же должна тогда быть наша реакция на присутствие Господа?! Как тогда можем мы идти на компромисс со святостью нашей жизни во Христе? Как осмеливаемся проявлять нерадивость в служении, в работе, в семейных обязательствах? Во всем, за что Господин возлагает на нас ответственность, нам следует постоянно помнить – с Кем мы имеем дело! Вряд ли тогда мы будем входить в собрание святых, как в дом культуры на концерт местной самодеятельности.

Второй синдром, порождаемый уирусом иисусодефицита Церкви – синдром боязливости. Если мы не осознаем, какая сила – за нас, мы опасаемся всего, что против (Рим. 8:31). Теряя страх Божий, мы становимся уязвимыми для мира. Если мы не трепещем перед Христом, Которого стоит бояться, нас бросает в дрожь от Вавилона, которого бояться уже больше не нужно. Нас повергают в ужас мысли о любых угрозах с его стороны – как действительных, так и потенциальных; как реальных, так и надуманных. Мы превращаем церковь в бункер, в убежище, укрывшись в котором перестаем быть солью и светом для мира.

Но «Откровение Иисуса Христа, которое дал Ему Бог, чтобы показать рабам Своим, чему надлежит быть вскоре, послав оное через Ангела Своего рабу Своему Иоанну» (1:1), врачует нас и от этого недуга: «Он положил на меня десницу Свою и сказал мне: не бойся; Я есмь Первый и Последний, и живый; и был мертв, и се, жив во веки веков, аминь; и имею ключи ада и смерти» (1:17-18).

Когда иной Иисус, сын Навин, находясь близ Иерихона, спросил предводителя воинства Господня «наш ли ты, или из неприятелей наших?», ответ был неожиданным: «нет!» (Иис. Нав. 5:13-14).

Христос же говорит: «Не бойся! Я – на твоей стороне. У тебя проблемы? То ли еще будет! Но не забывай: Я сильнее любой из них! Я – Первый и Последний! Я был, когда ни одной из проблем еще не существовало. И когда ни одной из них не останется, по-прежнему Я Есьм. Чего ты боишься более всего? Смерти? Так смотри же: Я уже был мертв и, как видишь – жив! И буду жить вечно. Смерть перестала быть точкой невозвращения. И вот, кстати, – ключи. Дверь больше не заперта. Теперь каждый сам волен решать: оставаться там или идти за Мной. Что выбираешь?»

Цель Книги Откровения – не тайна за семью печатями. Она обозначена уже в самом первом стихе: «откровение Иисуса Христа». Каким Он открывается вам?

 

*Ссылки на Апокалипсис приводятся без указания названия книги

По книге «Радость Апокалипсиса»

Еще читать