Deprecated: Function split() is deprecated in /home/mirtru/gazeta/content/index.php on line 221
ХРИСТИАНСКАЯ КУЛЬТУРА / Интернет-газета «Мирт»
Главная / Статьи / Церковь / ХРИСТИАНСКАЯ КУЛЬТУРА
ХРИСТИАНСКАЯ КУЛЬТУРА
ХРИСТИАНСКАЯ КУЛЬТУРА
Интервью с епископом Константином Бендасом: о книгах, призвании и Фонде поддержки христианской культуры, науки и образования
13.11.2023
770

Интервью с епископом Константином Бендасом: о книгах, призвании и Фонде поддержки христианской культуры, науки и образования

Филипп Никитин.  Константин Владимирович, здравствуйте! Спасибо, что нашли время для интервью! Думаю, что большинству читателей «Мирта» Вы известны, однако кто-то из них может слышать о Вас впервые. В связи с этим не могли бы Вы, пожалуйста, немного рассказать о себе?

Константин Бендас. Я родился и вырос в Сибири, в городе Новокузнецке, в атеистической семье. В начале 1992 года уверовал в небольшой пятидесятнической общине и примерно через год уехал учиться в библейскую школу в г. Абакан. По окончанию, через два года был рукоположен на пастырское служение (1994) в п.г.т. Шушенское Красноярского края. В это же время женился на самой прекрасной девушке. Чуть больше трех лет был пастором в Шушенском, там родились наши старшие сыновья. Затем был отозван на пастырское служение в г. Абакан.

Кроме непосредственно пастырского служения и преподавания в библейской школе активно занимался тюремным служением, благотворительными программами. В 1995 году мы уже начинали работу с наркозависимыми. Был создан один из первых в нашей стране стационарных реабилитационных центров для наркозависимых и алкоголиков и благотворительный фонд «Новая жизнь». Опыт мы перенимали в основном у питерской «Новой жизни» и команды Сергея Матевосяна, ну, и своими шишками, конечно, приобретали. Много занимались благовестием, служили в городах и деревнях Хакасии и Красноярского края, Кемеровской и Новосибирской областях, Тывы и в принципе по всей Сибири.

В 2001 году переехал в Москву. Около полугода работал в Ассоциации евангельских христиан-баптистов «Духовное возрождение». Затем принял предложение стать исполнительным директором РОСХВЕ (п.). Трудился в Союзе на протяжении 17 лет, был рукоположен в сан епископа, возглавлял Удмуртскую епархию, епархиальное управление по Республике Крым и Севастополю. Завершил руководящий труд в РОСХВЕ (п.), подав в октябре 2019 года заявление об отставке с должности первого заместителя Начальствующего епископа – Управляющего делами РОСХВЕ (п.). Одна жена, два сына, одна дочка и пока одна внучка.

В настоящее время продолжаю пастырское и епископское служение, а также реализую социальные, исследовательские, образовательные и издательские проекты, возглавляю благотворительный фонд «Фонд поддержки христианской культуры, науки и образования».

Ф. Н. Раньше Вы проявляли активность в медиапространстве, но уже больше года таковой не наблюдается. Могли бы Вы, пожалуйста, рассказать, с чем это связано?

К. Б. Медиапространство сегодня весьма замусорено, больше востребованы информационные сообщения из разряда, как принято сейчас говорить, фейков, жареных фактов, каких-то расследований и сенсаций. Для меня это неприемлемо с этической точки зрения. Это не означает, что я поставил крест на СМИ и соцсетях. Просто я уверен, что со СМИ сегодня нужно работать исключительно профессионально, с юридической и редакторской поддержкой. На данный момент такой возможности — вести блоги, отрабатывать инфоповоды, редактировать посты, контролировать чаты — у меня нет.

После того, как Инстаграм* и Фейсбук** были запрещены в России, я ушел из Фейсбука***, где у меня была аудитория в примерно 8000 человек. Попытался проявиться в Телеграме, но формат оказался для меня неудобным. Поэтому я просто ушел из социальных сетей, тем более что моя сегодняшняя деятельность особо и не нуждается в какой-то публичности. Я по-прежнему кроме священнического поприща востребован как эксперт в сфере межрелигиозных, государственно-конфессиональных отношений, в сфере права и законотворчества.

Я произвел в своей жизни перераспределение приоритетов. Я публичности не боюсь и время от времени даю интервью и комментарии, в том числе для светских СМИ, пишу статьи. Но я не чувствую себя дискомфортно от того, что не радую своих подписчиков информацией из разряда, что я сегодня скушал на завтрак и где я отдыхал. Я полагаю, что это вещи, которые относятся к внутренней, личной, семейной жизни.

Ф. Н. В 2018 году в Фонде поддержки христианской культуры, науки и образования вышла Ваша книга «Об истинном монашестве. Жены, дети, деньги, ложь, алкоголь. Совершенно откровенно. Опыт критического размышления о современной евангельской церкви в год 501-летия Реформации». В 2021 году книга с небольшими изменениями и под несколько другим названием была опубликована в издательстве «Эксмо». В публичном пространстве Вы уже высказывались о своей книге. Она имеет критическую направленность. При этом критика ведется в конструктивном ключе. Вполне ожидаемо, что книга могла вызвать негативную реакцию в РОСХВЕ (п.). Скажите, пожалуйста, известно ли Вам о таковой? Получали ли Вы критику (как деструктивную, так и конструктивную) на книгу? Повлияло ли ее издание и переиздание на Ваше положение в РОСХВЕ (п.)?

К. Б. Начнем с того, что я не расцениваю эту книгу как исключительно критическую. Когда врач, опираясь на результаты анализов, ставит диагноз и назначает лечение, мы не просим его написать что-то более позитивное и вместо йода выписать меда. Как служитель с почти тридцатилетним стажем, я что-то вижу и в духе любви, молитвенно пишу об этом. Если мы будем в церковной жизни «заметать сор под ковер», никому от этого лучше не станет, напротив, лицемерие и ложь приведут к беде.

Кстати, когда книга была еще в черновой рукописи, я разослал ее как минимум десяти (на самом деле больше, не помню точное число) опытным священнослужителям и попросил дать обратную связь. Только двое мне не ответили, абсолютное большинство прислали ответы с поддержкой, комментариями и здравой критикой. Я внес правки и еще несколько месяцев работал над рукописью. Какой-то глобальной критики из разряда «не публикуй книгу, это неправильно, ты заблуждаешься, это не по Писанию» не было. Некоторые рекомендовали опубликовать книгу анонимно или под псевдонимом, от этого совета я отказался, так как привык жить открыто перед людьми и Богом.

Хочу заметить, что люди, читавшие рукопись моей книги, — уважаемые, достаточно известные епископы, в основном из РОСХВЕ (п.). Я также дал прочитать рукопись книги детям некоторых служителей. Для меня это было важно, так как одна из глав книги называется «Дети». В ней я рассматриваю вопрос взросления детей верующих родителей и взаимоотношений общины и семьи служителя. Книга была издана (я напечатал ее за свой счет тиражом 1000 экземпляров), фактически весь тираж я бесплатно раздал священнослужителям, в том числе на соборе РОСХВЕ (п.).

До сих пор ни от одного человека я не получил каких-то обличений, что что-то в книге неправильно или не соответствует Библии. С несколькими людьми мы неоднократно дискутировали, но спор касался не сути, а акцентов, моей безапелляционности по ряду вопросов. То, что я отстаиваю как аксиому, для некоторых носит вариативный характер. Одно из замечаний (в главе «Алкоголь») было мной учтено, и во втором издании эта глава была откорректирована. Я получил в целом несколько сотен благодарственных отзывов, часто в них содержались просьбы молиться за них и их обстоятельства, просьбы помочь разобраться и урегулировать какие-то ситуации, которые уже случились в семьях или церковных общинах. Как сказал мне один драгоценный служитель и брат: «Константин, мог бы ты время от времени вспоминать меня и мою семью в молитвах, чтобы мне никогда не стать одним из отрицательных героев, описанных в твоей книге». Для меня это не столько приятно, сколько очень ответственно.

Мне пересказывали негодование некоторых людей после прочтения «Истинного монашества», но никто из них ни разу не осмелился это высказать мне лично. Кто-то даже возмущался: «Что это Константин Владимирович себе позволяет, как он посмел написать обо мне!» При этом в ряде случаев я этих людей даже не знал и не мог ничего написать о них. В общем, все как в том анекдоте:

- Вы знаете, когда Вас нет, о Вас такое говорят...

- Передайте им, что, когда меня нет, они могут даже меня бить.

Если отвечать на вопрос о том, повлияло ли издание и переиздание книги на мое положение в РОСХВЕ (п.), то однозначно нет. Да и что такое положение в РОСХВЕ (п.)? Я остаюсь пастором и епископом Союза, я написал заявление об уходе с должности первого заместителя Начальствующего епископа в 2019 году, о чем я выше уже упоминал. Для некоторых это было неожиданностью. Для меня это было непростое решение. Ведь я посвятил этому поприщу 17 лет. Но это был шаг серьезный, осознанный и вымоленный.

В 2022 году я написал заявление с просьбой освободить меня и от должности члена духовного совета РОСХВЕ (п). Конкретные причины выхода были мной изложены в заявлении, не считаю возможным их озвучивать. Но это связано с моим отношением к Слову Божьему, с пониманием Божьей воли и призвания и, как я уже говорил раннее, с перераспределением приоритетов в своей жизни. Я нисколько не шучу и не утрирую. К 45 годам я стал больше размышлять и молиться о том, к чему я призван, что важнее в жизни. Успею ли я совершить то, к чему Господь меня призвал, о чем я давал обеты Ему.

Я понял, что бюрократическая работа (я говорю об этом в позитивном смысле), административная работа - это не № 1 в моем призвании, хотя многие говорят, что у меня это неплохо получается. И изменения вРОСХВЕ (п.), наверное, одно из свидетельств этого. Когда я пришел, у нас было несколько ассоциаций и два с половиной человека штатных сотрудников, маленький кабинетик 7 или 8 квадратных метров и две папки с хаотичной документацией. Сейчас РОСХВЕ (п.) в несколько иной весовой категории. Я не карьерный человек. Я никогда не стремился ни к духовному сану, ни к должности, ни к позиции. Ни тогда, ни сейчас. Поэтому повторюсь еще раз, на уход с руководящей должности в РОСХВЕ (п) повлияло исключительно мое решение и мое понимание воли Божьей для этого момента моей жизни.

Ф. Н. Вы говорили о том, что у Вас есть задумки и заготовки, продолжающие Вашу книгу. Стоит ли нам ожидать следующую книгу?

К. Б. Да, стоит. На самом деле у меня сейчас три недописанных книги. Какая из них выйдет раньше, я пока не готов сказать, потому что я очень много погружен в другие проекты как редактор и издатель чужих, очень хороших и важных книг. Сейчас завершается работа над энциклопедией «Протестантизм». Проект, стартовавший еще в 2017 году, объединил ровно 100 авторов. Для меня это очень важная веха и очень важный проект. После выхода энциклопедии можно будет выдохнуть и взяться за завершение одной из рукописей. Какой - еще не знаю, брошу монетку (смеется).

Ф. Н. Вы являетесь президентом «Фонда поддержки христианской культуры, науки и образования», который был создан в 2015 году. Могли бы Вы рассказать, при каких обстоятельствах и по какой причине он был создан?

К. В. Фонд был создан как вспомогательная структура для решения задач, не направленных на непосредственно религиозную деятельность. Прежде всего это исследовательские проекты, проекты научные и издательские. До этого я регистрировал издательство «Хлебъ», но это было слишком узко, и нужно было какое-то иное, не религиозное юридическое лицо, которое бы этим занималось. Тогда я сделал предложение четырем очень уважаемым братьям, епископам, чтобы мы вместе его учредили, но как-то они отнеслись к этой идее без энтузиазма. Я проинформировал правление РОСХВЕ (п.), что создаю Фонд, так как я занимал руководящую должность и не считал себя вправе какими-то самостийными проектами заниматься. Получил благословение и зарегистрировал организацию.

Фондом было издано два десятка книг. Со многими авторами мы работаем, помогаем состояться им как писателям, поднять свой профессионализм, потому что, увы, в наших кругах этого не хватает. А книга, будь то богословский трактат, художественный роман или иной литературный жанр, отличается от проповеди, произнесенной с церковной кафедры или лекции в семинарии. И слава Богу, что сейчас становится больше людей, получивших или получающих достойное высшее образование, людей, думающих и читающих.  Я полагаю, что со временем мы увидим на книжных полках не только наших церковных лавок, но и светских магазинов достаточно много книг, которые будут нести доброе, вечное и, конечно, самое Евангелие Христово. Если мы только закрываемся в церковных стенах, мы никогда не исполним великое поручение Иисуса Христа идти по всему миру и благовествовать всему творению, всякому человеку. До тех пор пока люди в нашей стране и в мире остаются людьми читающими,  книга — очень важный инструмент, важная площадка для того, чтобы донести Божью любовь.

Ф. Н. Реализация какого проекта, осуществленного Фондом, Вам запомнилась больше всего и почему?

К. Б. Мне трудно однозначно ответить на этот вопрос. Во-первых, потому что у нас нет или практически нет каких-то разовых и краткосрочных проектов. Если проводить параллель с садоводством и огородничеством, мы не выращиваем редиску, которая всходит за две-три недели и за два дня съедается. Мы стараемся вложиться на годы, а по возможности — на поколения, поэтому я просто могу выделить несколько проектов.

Это издание, вышедшее уже тремя тиражами. Речь идет о книге Андрея Резниченко «Империя протестантов». Для книги о российском протестантизме это первый и пока единственный успех на светской литературной площадке. Было продано, причем не в самые благополучные годы для книготорговли (напомню, что первое издание вышло в самом начале пандемии, и через две недели после выхода книги все книжные магазины в России закрылись на четыре месяца), почти 8000 экземпляров. Для нон-фикшн издания в наше время это серьезный тираж.

Далее, конечно, это основание и запуск в 2021 году Центра исследования креационизма. На сегодняшний момент развивается сайт и еще несколько медийных ресурсов, которые предоставляют бесплатно всем заинтересованным и духовным образовательным учреждениям, и церквям, и просто семьям, родителям в воспитательных целях для своих детей и собственного просвещения накопленные научно-библейские исследования о сотворении мира, Вселенной и человека. Несколько сот переводных статей и материалов очень качественных, статьи и материалы, книги российских авторов, в работе находятся фильмы и ролики на эту тему.

Практически завершен и будет запущен уже в 2023–2024  учебном году базовый курс «Основы креационизма» для образовательных учреждений. Проект осуществлен в партнерстве с Евроазиатской богословской семинарией. Подобного в России никогда не было.

Впереди у нас подготовка нескольких книг. Пока инсайд давать совсем уже не буду. Речь и о российских авторах, и о переводных работах. Ну и конечно уже упомянутая энциклопедия «Протестантизм». Нам сложно было остановиться, мы начинали в 2017 году с идеи небольшого словаря на 500 терминов, и сейчас почти 7000 терминов, большое двухтомное издание, ровно (причем мы не подгоняли под эту цифру, так получилось) 100 авторов: доктора, кандидаты наук, возглавляющие кафедры религиоведения, философии, истории, социологии ведущих российских вузов.

Ф. Н. Фондом была издана книга С. Э. Лавренова «Разговор начистоту, или как помочь священнику». В интернете относительно мало информации о ней. Могли бы Вы рассказать, как пришла идея издать эту книгу? В чем Вы видите ценность этой книги?

К идее этой книги ни я, ни Фонд не имеем непосредственного отношения. Эта книга уважаемого священнослужителя, епископа, кандидата философских наук, богослова, юриста, моего близкого дорогого друга и сослужителя. В данном случае Фонд подставил плечо, предоставив своих редакторов, корректоров, верстальщиков и осуществив профессиональную допечатную подготовку и издание книги. Книга, безусловно, полезная. Это не означает, что я соглашаюсь с абсолютно всем, что там написано, но я уверен, что по тем острым, сложным вопросам, вопросам, которые мы условно относим к зоне риска для церкви и служителей, должна быть дискуссия. Нужно об этом говорить, нужно свет проводить, лампочки зажигать, а не стыдливо прятать, и суть этой книги в самом названии, в заголовке — это разговор начистоту.

Ф. Н. Какие последние проекты были реализованы Фондом?

К. Б. Последний проект, о котором можно сказать, что он реализован — это подготовка базового курса «Креационизм», прежде всего направленного на учебные заведения. В общей сложности его продолжительность составляет семь часов плюс домашние задания, рекомендации по чтению литературы. Я удовлетворен, отсмотрев, поправив какие-то вещи, обсудив это с автором и руководством Евроазиатской богословской семинарии. Непосредственно для Фонда данный учебный курс — это первый опыт, но он не вышел по русской пословице комом, и мы готовы приступать к подготовке следующих программ.  

Ф. Н. Над какими проектами на данный момент работает Фонд?

К. В. Здесь мне хотелось бы сохранить некоторую тайну. Проектов на разной стадии подготовки, согласования достаточно много, но единственное, что я могу сказать, что с каждым годом обращается все больше и больше авторов и потенциальных авторов, которые пытаются писать поэтические, художественные произведения, исторические исследования, связанные с Церковью, христианством, протестантизмом, какие-то полемические, богословские труды. Даже есть попытка в сфере научно-популярной литературы и психологии. Некоторые из этих предложений и проектов достаточно удачны, и они увидят свет и будут реализованы даже еще до конца этого года. Некоторые нуждаются в серьезной проработке, и еще раз говорю, что проект работы с молодыми, начинающими, перспективными авторами для нас сейчас, ну скажем так, это повседневный труд.  

Ф. Н. Чем Вам дорог и ценен Фонд?

К. В. Во-первых, я бы ничего не идеализировал, и собственно Фонд — это просто юридическое лицо, это инструмент для осуществления конкретных задач. Когда-то я учреждал и возглавлял, как упоминал выше, фонд «Новая жизнь», который работал на профилактику наркомании и алкоголизма, реабилитацию зависимых людей. Это просто инструменты. Более ценно откровение и призвание, которое Бог дает человеку, а все остальное — институты, вспомогательные структуры, включая и наши церковные. Как-то их идеализировать и сакрализировать, возводить в нечто священное не стоит.

Ф. Н. Как Вы думаете, почему в современном российском пятидесятническом и евангельско-баптистском сообществах практически нет авторов, пишущих книги по богословию или истории? Как Вы думаете, почему в целом в культуре этих религиозных сообществ не принято в качестве служения заниматься финансированием написания таковых трудов единоверцами?

К. Б. Ситуация следующая. Точно так же, как народ израильский однажды вышел из египетского рабства, но египетское рабство не вышло из него до тех пор, пока, простите за прямоту, физически не вымерло то поколение. И только следующее поколение, не вкусившее этого плена, не знавшее вкуса египетского чеснока — оно смогло войти в обетованную землю и в итоге построить то, что Господь им поручил.

Нет ничего нового, у нас схожая история. В начале XX в. в России было новое, молодое евангельское, баптистское движение, у руководства которого стояли разные люди (и выходцы из духоборов и молокан, и уверовавшие в германском плену, и люди из высшего света, из окружения лорда Гренвила  Рэдстока). Они все были нацелены на построение и формирование здравого доступного библейского богословия. Прилагались огромные усилия — мы видим это из их проектов: зарегистрированные церковные структуры, благотворительные и просветительские общества, издание книг, периодических изданий, брошюр, которые были направлены на образование, на просвещение. Они учили неграмотных читать и писать, грамотных — излагать свои мысли и совершенствоваться.

Это продолжалось какое-то время. По крайней мере, до серьезных гонений, переросших в террор конца 20-х годов прошлого века. Со временем советская власть от прямого террора и физического истребления верующих и служителей всех религиозных конфессий переходит к другой тактике. Тактике, направленной на, как они сами пишут в своих циркулярах, «внутреннее разложение», и я бы добавил еще термин «деградацию». И одна из вещей, которую атеистическая власть уничтожала — это система образования и катехизации. Сначала запрещалось богословское обучение, а потом ограничивалась возможность поступления в светские высшие учебные заведения и получения даже законченного среднего образования для людей религиозных.

Полагаю, это была продуманная стратегия, но меня в этой ситуации печалит то, как наши братства на это ответили, а они ответили деформацией собственного богословия, как бы найдя в Священном Писании оправдание, объяснение своего невежества. «В каком звании призван — в таком и оставайся». Призван ты с тремя классами образования — вот и довольно. «Не мудрых мира Господь избрал». И на людей образованных, как имеющих светское образование, так и богословское, через какое-то время начали смотреть подозрительно и дистанцироваться от них. Светское образование именовалось не иначе как «халдейское». Таким образом, к 1990 году, к приходу свободы совести и вероисповедания после распада СССР, мы были в большинстве своем необразованные, с разрушенной системой богословского образования, с деформированным богословием в отношении знаний и подозрительным взглядом на все, что с этим связано.

К сожалению, вот так вот по мановению руки разрешить эту ситуацию не получается. Достойное, настоящее богословское образование (мы просчитывали) человек может получить, будучи погруженным в образовательный процесс на протяжении минимум восьми лет. И, если по правде, то богословы сегодня церквями всех евангельских деноминаций не востребованы. Мы не осознали еще нужду в них. Соответственно, не готовы вкладывать ресурсы на подготовку.

У кого-то это просто примитивное опасение: вот вернется через несколько лет образования в церковь, будет задавать вопросы, будет меня, пресвитера, поправлять, корректировать, будет выглядеть умнее меня. Я понимаю, что я здесь упрощаю, примитивизирую, но это на самом деле самая главная, фундаментальная причина того, что есть сейчас. Наше богословие и церковное устройство по-прежнему во многом остаются оборонительными или, в лучшем случае, этакими пиратскими.

То есть, в советское время верующие встречались на окраине города, не зажигали свет, зашторивали окна (это в основном касалось, конечно, инициативников), чтобы милиция и уполномоченный по делам религии не увидели. Сейчас как будто этих запретов и нет, но по-прежнему мы подсознательно обороняемся. Я вижу, как люди разделяют: это мое служение, а это моя работа. Здесь я служу Богу, там я хожу на завод или в офис и зарабатываю деньги. Но у меня вопрос: то есть, часть твоей жизни по воскресеньям с десяти часов Господь возлежит вместе с тобой, слушает, дает тебе откровения, а в другой части твоей жизни Он прикрывает глаза и отворачивается в другую сторону? Это разделение не библейское, не евангельское, но оно сформировано годами гонений и запретов, в которых бо́льшую часть своей истории наше евангельское сообщество пребывало.

Ф. Н. На чем сфокусировано Ваше служение последнее время и каковы Ваши творческие планы?

К. Б. Служение сфокусировано на проповеди Евангелия Иисуса Христа. Ничего не изменилось с момента земной проповеди Иисуса, и я очень надеюсь, что в моей жизни и в жизни моих братьев и сестер это не изменится: Христос будет в центре, и христоцентричная проповедь в наших устах. Творческие планы — жду, когда мои дети продолжат сотворение внуков, и еще раз, а лучше не один раз осчастливят меня как дедушку.

Беседовал Филипп НИКИТИН

 

*принадлежит компании Meta, которая запрещена в России и признана экстремистской.
**принадлежит компании Meta, которая запрещена в России и признана экстремистской.
***принадлежит компании Meta, которая запрещена в России и признана экстремистской.

Еще читать