Главная / Статьи / Писания / Радость Апокалипсиса
Радость Апокалипсиса
Радость Апокалипсиса

Бессистемные рассуждения о Книге Откровения

25.11.2013
807

Часть 1. Что видишь ты, если выключить свет?* (Отк. 1:1-3)

 

Толковать Книгу Откровения – занятие рискованное. «Там на неведомых дорожках следы невиданных зверей». Блаженный Иероним говорил, что в ней столько же тайн, сколько слов, и по сей день многие проповедники в благоговейном трепете всеми силами стараются избегать иметь с нею дело.

Именно Откровение (по-гречески – «апокалипсис») ранняя Церковь дольше всего не решалась включить в число текстов, почитаемых как откровение и впоследствии составивших канон Нового Завета, а Мартин Лютер хотел исключить ее из канона, считая, что она ничего не открывает.

Иные же готовы были дотошно расшифровать значение каждого из образов, составляя план-график или даже сценарий, в соответствии с которым Бог должен будет осуществлять конец света (фильм «Код Омега» – пример такого сценария). «Иоанн увидел много диких чудовищ, но ни одно из них не было столь диким или чудовищным, как некоторые из его толкователей», – писал Честертон.

К тому же, в условиях недостаточной зрелости как национального богословия, так и национальных церквей (неспособных зачастую содержать ни свои миссионерские или образовательные проекты, ни даже собственную инфраструктуру) любой намек на вольность в частных богословских мнениях воспринимается как прямая и явная угроза если не отношениям с Христом, то, как минимум, – отношениям со спонсорами. Поэтому, ступая на эту почву, нужно быть готовым к анафемам и обвинениям в ереси. Остается лишь надеяться, что до побивания камнями и костров дело все-таки не дойдет.

Чего только не видели люди в книге Откровения! Современники Петра I были уверены, что там описываются его церковные реформы, объявляли императора антихристом и целыми селами уходили прятаться в леса (староверы по сей день живут в лесах XVII века).

Кто-то в описаниях нашествия саранчи видел вертолетные атаки, а в звезде Полынь – чернобыльскую катастрофу (полынь по-украински – «чернобыль»).

В сталинские годы бытовало мнение, что «отец народов» – «другой зверь», заставляющий всех поклоняться изображению Ленина, – зверя, «у которого смертельная рана исцелела» (имелось в виду покушение Фани Каплан).

Короче, во всякую эпоху верующие воспринимали происходящее с ними как события Апокалипсиса. Похоже, Откровение не описывает какой-либо конкретной хронологии, но дает образы, отражающие вневременную реальность, и потому всякое поколение видит в ней то, что касается именно его.

Вкратце, содержание Книги Откровения можно свести к трем пунктам:

1) все – плохо;
2) все будет еще хуже;
3) мы победили.

Вавилон уже пал. Мы уже граждане Небесного Иерусалима. Но, поскольку мы продолжаем жить на территории павшего Вавилона, нас подстерегают два рода опасностей. Первая опасность – это гонения. Вавилон пытается подчинить нас, заставить забыть наше подлинное гражданство. Вторая опасность – соблазны. Вавилон пытается заманить нас, предлагая всё, что может. И через видения, данные Иоанну, Иисус призывает нас: «Будьте верны и непоколебимы. Помните – победа уже одержана».

Но не следует при этом упускать из виду, что Иоанн видит невиданное и описывает неописуемое. Недаром ключевыми словами книги служат «как», «как бы», «подобно». К примеру, Апостол пишет: «Слышал позади себя громкий голос, как бы трубный» (1:10) и тут же – «голос Его, как шум вод многих» (1:15). Почему тайновидец прибегает к разным сравнениям? Ответ очевиден: ни одно из них не может описать слышанное им в полной мере.

Иоанн решает сложную задачу – передать нам явленные ему образы. «Блажен читающий и слушающие слова пророчества сего», – пишет он (1:3). Но осмелюсь предположить, что среди нас, жертв всеобщей грамотности и повального рационализма, слушающий блажен более, нежели читающий. Потому что, имея дело с печатным текстом, мы в первую очередь пытаемся не представить описанные в нем образы, а расшифровать значение слов, которыми они описаны.

Попробуйте как-нибудь прослушать аудиозапись Книги Откровения. Причем, так, как слушали ее (книгу, не запись) современники Иоанна – от начала до конца, без разделения на главы. Проверьте – она откроется вам совершенно по-новому!

Впрочем, это не означает, что нам не следует знать смысла, который могли видеть в этих образах современники Иоанна. Возьмем, к примеру, такой текст: «Характерной чертой начала двадцать первого века в Украине было противостояние Киева и Донецка – оранжевые сдерживали голубых, пока те не взяли реванш». О чем это? Если речь идет о политике, то «оранжевые» – Киев («Наша Украина»), а «голубые» – Донецк («Партия регионов»). Но если говорится о футболе, то все наоборот: «голубые» – киевское «Динамо», а «оранжевые» – донецкий «Шахтер» (по цвету формы этих клубов).

В любом случае мнений относительно содержания книги Откровения – множество, и споров она породила немало. Книга, которая была дана, чтобы ободрить Церковь перед лицом гонений и соблазнов, нередко становится причиной раздоров.

Но в излагаемой здесь точке зрения – ничего нового, и потому, надеюсь, масла в огонь она не добавит. Я уважаю заблуждения тех, чье мнение не совпадают с моим, и большее, о чем прошу – это в меру уважительного отношения и к моим заблуждениям.

Чему особо учит эта книга, так это – богословскому смирению. Мы должны помнить, что в первое пришествие Христа лучшие богословы того времени оказались неправы. Поэтому небеспочвенно было бы предположить, что и наши представления о Его втором пришествии могут оказаться, мягко говоря, не совсем правильными.

Структура книги более-менее ясна. За посланиями семи церквам следуют три цикла по семь явлений: семь печатей, семь труб, семь чаш. Но о чем идет речь? – вот вопрос. Описывается двадцать одно последовательное событие, или по семь аспектов трех событий, или же двадцать один раз говорится об одном и том же, но всякий раз – по-иному? Сколько раз наступает суд Божий: три раза, семь раз или двадцать один раз?

Осмелюсь предположить, что форму Книги Откровения наилучшим образом характеризует понятие «прогрессивный параллелизм». Это когда одно и то же повторяется несколько раз, но с каждым повторением раскрывается все больше и больше аспектов или возрастает интенсивность описания.

Прекрасный пример прогрессивного параллелизма – фильм «Титаник», выпущенный в 2012 году – к столетию катастрофы. Вообще «Титанику» посвящено много фильмов, и каждый из них хорош по-своему. Но если кэмероновская мелодрама с Уинслет и Ди Каприо – единственное, что вы смотрели, вы не видели ни одного из них.

Так вот, юбилейный фильм состоит из четырех серий, и каждая описывает те же самые события ночи с 14-го на15-е апреля 1912 года. При этом в первой серии они разворачиваются в контексте отношений пассажиров первого и второго классов. Во второй – пассажиров второго и третьего классов. Герои третьей серии – члены экипажа и команды. В четвертой серии истории всех персонажей переплетаются в финале трагедии.

Самым же грандиозным примером прогрессивного параллелизма, на мой взгляд, служит музыкальная композиция Мориса Равеля «Болеро». На протяжении четверти часа малый барабан скрупулезно отбивает неизменный ритм, на фоне которого снова и снова повторяется одна и та же мелодия, с ним как бы ни связанная. Начинают ее две флейты – подобно двум вьюнам, карабкающимся вверх по стержню бездушного ритмического рисунка. Затем к ним присоединяется кларнет, после – фагот, гобой…

Тема повторяется снова и снова. Казалось бы, самое время вступить скрипкам, но вместо этого начинает подключаться медь. Причем поначалу – как бы украдкой, исподволь, под сурдинку. Ко времени же, когда зазвучат смычковые, мелодия приобретает свой собственный ритм – размашистый, раскачивающийся. И ведут его именно медные духовые, следуя за которыми, весь оркестр сливается в финальное тутти.

В музыке я дилетант, и уверен, что любой маломальский специалист сможет гораздо лучше и детальнее разобрать произведение, подвергнув мое восприятие справедливой и конструктивной критике. Но это не мешает мне наслаждаться гениальной музыкой, и я уверен – Равель писал ее именно для этого.

Подобным образом и Книга Откровения писалась в первую очередь не для экспертов-богословов и не для умельцев разгадывать тайные знаки. Ее предназначение – не зашифровать, а открыть то, что нужно было гонимой Церкви на рубеже I и II веков. И, осмелюсь предположить, загадка была нужна ей меньше всего. Церковь нуждалась в ободрении и надежде. В ободрении и надежде нуждается она и сегодня. И Господь посылает ей эту весть через видения, открытые Иоанну «в духе».

Через образы трижды семикратных судов Господь напоминает, что

1) царящие в мире страдания – последствие греха;
2) Бог постоянно держит все под контролем;
3) грех обречен. Трижды-Святый не потерпит его. Справедливое воздаяние неотвратимо.

Драматизм событий нарастает в полном соответствии с принципами прогрессивного параллелизма. В первом цикле (семь печатей) суду подвергается четверть творения (6:8). Во втором (семь труб) – треть творения (8:7-12). В третьем (семь чаш) воздаяние постигает весь мир (16:1-21).

Причем, в каждом цикле перед седьмым, финальным, действием звучит интерлюдия. Темой первой из них (7:1-17) является безопасность святых; второй (10:1-11:14) – свидетельство святых; третьей (16:5) – бдительность святых.

Немалую роль в видениях Иоанна играют числа. Причем, следует помнить, что для непосредственных слушателей числа эти имели скорее качественное, чем количественное значение. Недаром в доказательство того, что Иисус и есть божественный Сын Давидов, евангелист Матфей разделяет Его родословие на три части по четырнадцать родов. Ведь три – число Бога, а четырнадцать – число имени «Давид» (сумма численных значений составляющих его букв). Естественно было бы ожидать, что смысловые значения чисел в иоанновом Апокалипсисе мало отличаются от тех, что характерны для всей апокалиптической литературы того времени.

Три – число Бога, абсолют, высшая степень чего бы то ни было.

Четыре – число мира, совокупность творения (по числу сторон света).

Семь – святость. В этой связи троекратное повторение числа семь означало бы абсолютную святость, 777 было бы численным значением божественного атрибута «свят, свят, свят».

Исходя из этого шесть, «почти семь», – нечто, претендующее на святость, но не являющееся таковой. 666 – то же, возведенное в абсолют: «не свят, не свят, не свят». Это – «число человеческое»; тот, кто возомнил себя богом (Быт. 3:5).

Двенадцать – Израиль, Полнота. И в этой связи Иоанн вводит новую нумерологическую концепцию: двадцать четыре, «двойная полнота» – совокупное единство ветхозаветного и новозаветного народа Божьего.

Десять, «почти двенадцать», – много, но не полнота.

Тысяча (10х10х10) – очень-очень-очень много.

Сто сорок четыре (12х12) – полнота полноты.

Сто сорок четыре тысячи (очень-очень-очень много полноты в полноте) – бессчетное количество.

Тут приходится особо остановиться на таком понятии как «тысячелетнее Царство». Не потому, что это некая ключевая тема Откровения (речь об этом идет там лишь однажды), а потому, что в последние десятилетия завоевала популярность идея, что понимать его следует не в соответствиями с принципами жанра (т. е. очень-очень-очень долго, но не вечно), а как буквальные 365 000 дней правления на земле вернувшегося сюда Иисуса. В этом случае тысяча лет – единственное исключение из принципов толкования чисел в Апокалипсисе. Тем не менее, многие ученики Христовы, искренне любящие своего Господа и Учителя, придерживаются такой точки зрения. Признавая их право на частное мнение по этому вопросу, будем надеяться и на их снисходительность к нашим идеям и, следуя апостольскому совету не мудрствовать сверх того, что написано (1 Кор. 4:6), обратимся непосредственно к тексту:

«И увидел я Ангела, сходящего с неба, который имел ключ от бездны и большую цепь в руке своей. Он взял дракона, змия древнего, который есть диавол и сатана, и сковал его на тысячу лет, и низверг его в бездну, и заключил его, и положил над ним печать, дабы не прельщал уже народы, доколе не окончится тысяча лет; после же сего ему должно быть освобожденным на малое время. И увидел я престолы и сидящих на них, которым дано было судить, и души обезглавленных за свидетельство Иисуса и за слово Божие, которые не поклонились зверю, ни образу его, и не приняли начертания на чело свое и на руку свою. Они ожили и царствовали со Христом тысячу лет. Прочие же из умерших не ожили, доколе не окончится тысяча лет. Это – первое воскресение. Блажен и свят имеющий участие в воскресении первом: над ними смерть вторая не имеет власти, но они будут священниками Бога и Христа и будут царствовать с Ним тысячу лет» (20:1-6).

Писание говорит, что есть две смерти и два воскресения. Смерть первая – духовная, разделение с Богом. Вторая – смерть физическая, последствие первой. В Адаме мы все умерли духовно (Еф. 2:1, Кол. 2:13), и с тех пор умираем физически.

Соответственно, и воскресение первое – воскресение духовное. Им воскресает всякий, принимающий Христа, и смерть вторая, физическая, над ним уже не имеет власти. Это не значит, что христиане не старятся и не умирают. Но их ждет второе воскресение – к жизни вечной. Смерть перестала быть «точкой невозвращения». Из текста же (20:4,6) получается, что ожившие первым воскресением (т. е. принявшие Христа) не только ожили, но «царствовали» и «будут царствовать» с Христом вплоть до воскресения второго, всеобщего.

Когда же началось тысячелетнее царство и каковы признаки пришествия его? Писание утверждает, что при этом божественный Вестник, имеющий ключи от ада, сойдет с неба, а сатана будет низвержен и связан. Но мы же знаем, Кто, сошедший с небес, имеет ключи ада и смерти (1:18), и о событиях духовных, нам не видимых, можем судить по Его словам: «Я видел сатану, спадшего с неба, как молнию … однако ж тому не радуйтесь, что духи вам повинуются, но радуйтесь тому, что имена ваши написаны на небесах» (Лк. 10:18,20).

А когда фарисеи заявили, что «Он изгоняет бесов не иначе, как силою веельзевула, князя бесовского» (Мф. 12:24), Иисус ответил: «Как может кто войти в дом сильного и расхитить вещи его, если прежде не свяжет сильного? и тогда расхитит дом его» (Мф. 12:29). Похоже, все сходится – сатана оказался неким образом связан еще при первом пришествии Христовом. Мы – уже соучастники «тысячелетнего царства»!

Но что же тогда значат такие слова, как вскоре (1:1), скоро (22: 12, 20), время близко (1:3, 22:10)? Ведь с тех пор уже две тысячи лет миновало…

Этот вопрос задает и Петр: где обетование пришествия Его? (2 Пет. 3:4). И сам же отвечает: «Одно то не должно быть сокрыто от вас, возлюбленные, что у Господа один день, как тысяча лет, и тысяча лет, как один день. Не медлит Господь исполнением обетования, как некоторые почитают то медлением; но долготерпит нас, не желая, чтобы кто погиб, но чтобы все пришли к покаянию» (2 Пет. 3:8-9).

Понятие «скоро» или «вскоре», так же как и числа, имеет здесь качественное значение. Оно означает «неизбежно». В конце концов, в сравнении с вечностью любым промежутком времени можно пренебречь – что одной секундой, что миллионом лет.

У вас проблемы? – спрашивает Господь. И через видения, данные Иоанну, сообщает две новости: плохую и хорошую. Плохая новость – будет еще хуже, «в мире будете иметь скорбь» (Ин. 16:33). Хорошая же новость – победа уже одержана. «Мужайтесь: Я победил мир» (там же).

Филипп Янси рассказал историю о немецком лагере для военнопленных. Весной 1945 года один из заключенных соорудил из подручных материалов детекторный радиоприемник, и по ночам узники тайком слушали его. И вот, в ночь с 8 на 9 мая они услышали долгожданную новость: Германия подписала капитуляцию, война закончилась.

К утру не осталось ни одного арестанта, не знавшего об этом, охранники же еще целую неделю оставались в неведении. Но жизнь в лагере уже не могла оставаться такой, как ранее. Будучи по-прежнему бесправными, арестанты улыбались и шутили, радостно приветствовали охранников, играли со сторожевыми собаками.

Они знали: победа уже одержана. Скоро они будут свободны. Как скоро – не знал никто. Могло пройти как несколько часов, так и несколько месяцев. Но это уже было неотвратимо.

Через видения Иоанна Господь сообщает нам: победа уже одержана! «Се, гряду скоро!» Так что, чем следовать расхожим идеям, что Иоанну была открыта хронология конца света, лучше посмотреть, как само Писание определяет тему книги: «Откровение Иисуса Христа, которое дал Ему Бог, чтобы показать рабам Своим, чему надлежит быть вскоре. И Он показал, послав оное через Ангела Своего рабу Своему Иоанну» (1:1).

Книга эта – Откровение Иисуса Христа.
Автор Откровения – Иисус Христос.
Тема Откровения – Иисус Христос.
Содержание Откровения – Иисус Христос.
Цель Откровения – Иисус Христос.

«Блажен читающий и слушающие слова пророчества сего и соблюдающие написанное в нем; ибо время близко» (1:3).


* “What do you see when you turn out the light” – строка из песни The Beatles “A little help from my friends”

 

Рекомендуемая литература:

Walter A. Elwell, Robert W.Yarbrough. Encountering New Testament. – Baker Books, 1988. – Pp. 375-385.

Robert Mulholland, Jr. Journey Through the Bible. Volume 16, Revelation. – Cokesbury, 1996. – 128 p.

Matt Proctor. Victorious. A Devotional Study of Revelation. – College Press Publishing, 2013. – 100 pp.

Новый библейский комментарий, т.3. – СПб: Мирт, 2001. – Сс. 709-749.

Роберт Лаури. Рапсодия на тему откровения. – М: Духовная академия апостола Павла, 2011. – 232 с.

Том Фрискни. Сила к победе. – М: Весть, 2003. – 224 с.

 

Тэги:   мысли   Писание   Бог   
Читать по теме