Главная / Статьи / Творчество / Житие японского Иова
Житие японского Иова
Житие японского Иова

Культурный код Игоря Попова

15.11.2015
2711

Япония всегда привлекала к себе взор настойчивых и пытливых гайдзинов (яп. «чужой, чужестранец»). Загадочная родина народа Ямато (так в древности именовали себя японцы) будоражила, будоражит и будет привлекать к себе взор уставших от западного прагматизма и ищущих новую романтику в восточном мире. Именно поэтому литература всегда выполняла роль переводчика в диалоге двух культур. Мы зачитываемся новеллами Акутагавы, романами Оэ Кондзабуро, Юкио Мисима и Харуки Мурками, пытаясь в вязи слов разгадать тайну восточной души.

Но есть среди японских писателей как абсолютные фавориты, имена и произведения которых популярны и узнаваемы многими читателями, так и незаслуженно обойденные вниманием западного читателя, хотя произведения их на родине почитаются классикой литературы и переиздаются многотысячными тиражами. И произведения эти не однодневные повестушки про жития кровавых воинов-теней и многочисленные мемуары гейш. Именно они могут нам помочь понять страну «солнца в самом начале» и тех процессов, которые и привели к диалогу культур Запада и Востока.

Таким писателем, без сомнения, является многократный лауреат литературных премий, классик японской литературы, человек с увлекательной судьбой, достойной авантюрного романа, Сюсаку Эндо, которого литературоведы и критики часто называли «японским Грэмом Грином». Его романы многократно переводились и издавались в том числе и на русском языке.

Сюсаку Эндо родился в Токио в 1923 году. Он был вторым сыном в семье служащего банка Цунэхисы Эндо и скрипачки Ику, католички по вероисповеданию. В 1926 году в связи с переводом по службе отца семья переехала в оккупированную Японией Маньчжурию и обосновалась в Даляне. Там же Эндо в возрасте 6 лет поступил в начальную школу.

Позже Эндо вспоминал, что самыми яркими впечатлениями, вынесенными им из детства, стали противоречивые чувства, вызванные привязанностью к особой обстановке и природе Маньчжурии, и тоска по родной Японии. Не менее сильное впечатление производила на него и мать, которая до изнеможения дни напролет занималась музыкой. В 1933 году его родители развелись, и он с матерью вернулся в Японию, в ее родной город Кобе.

В Кобе Эндо продолжил свою учебу в местной начальной школе, а также стал регулярно вместе матерью посещать богослужения в католической церкви. В 12 лет он принимает водное крещение и становится католиком (в крещении ему дали имя Павел). Там же он заканчивает среднюю школу.

Принятие католицизма сразу же влечет за собой неприятные последствия. В предвоенные годы в Японии усиливается национализм и Эндо подвергается всяческим унижениям из-за своей веры. Но эти гонения не сломали мальчика, а еще больше укрепили его веру.

По прошествии трех лет с момента окончания средней школы Эндо поступил в подготовительную школу при филологическом факультете Университета Кэйо. В результате конфликта с отцом, настаивавшем на медицинской карьере сына, Эндо был лишен наследства и какой бы то ни было отцовской помощи, что вынудило его уйти из дома и сочетать учебу со случайными заработками. Но ему повезло с наставниками.

Некоторое время он жил в студенческом общежитии, комендантом которого тогда был видный представитель японского религиозного экзистенциализма Ёсихико Ёсимицу, который оказал на ученика сильное влияние и поддержал в сложное для будущего писателя время. Во всеобщей неразберихе, предшествовавшей капитуляции Японии, занятий практически не проводилось, а студенты, включая Эндо, были мобилизованы на принудительные работы на военном заводе Кавасаки.

Под воздействием Ёсимицу Эндо начал интенсивное самообразование, впервые серьезно занявшись чтением. Кстати, именно по совету Ёсимицу, он познакомился с работами католического философа-неотомиста Жака Маритена. Помимо теологической и философской литературы, тогда же юноша открыл для себя европейскую поэзию, особенно увлекшись произведениями Рильке.

Призывная комиссия по результатам освидетельствования признала Эндо годным к службе, однако в армию он так и не был призван из-за обнаруженного в последний момент плеврита, давшего ему право на отсрочку, истечение которой совпало с завершением войны. После окончания войны Эндо на волне роста своего интереса к французской литературе поступил на соответствующее отделение филологического факультета Университета Кэйо, начав специализироваться на литературе современных писателей-католиков (Франсуа Мориак, Жорж Бернанос и др.). Первый год учебы в университете ознаменовался также началом многолетней дружбы с будущим выдающимся японским писателем Сётаро Ясуокой и возвращением в родной дом после восстановления отношений с отцом. Позже мотив конфликта между отцом и сыном многократно будет возникать в его прозе.

Свою карьеру литератора Эндо начинает с эссеистики, первые публикации которой увидели свет в 1947 году. По просьбе одного из своих однокурсников, подрабатывавшего в издательстве «Кадокава-сётэн», им была написана статья «Божества и Бог». Работа привлекла внимание видного литератора Киёси Дзиндзая и по его рекомендации была опубликована в известном журнале «Сики» («Времена года») того же издательства. Развивая идеи, сформулированные им в этой статье, молодой литератор пишет очерк «Что значит быть писателем-католиком», опубликованный на страницах «Мита бунгаку», который становится его программным произведением. В этом очерке он предвосхищает свои основные темы, которые будет развивать позже в прозе.

После окончания университета в 1949 году Эндо поступает в издательство «Библиотека Камакуры», где принимает участие в работе над энциклопедией зарубежной литературы ХХ века. Энциклопедия, к сожалению, так и не была опубликована из-за финансовых трудностей.

В конце того же года в журнале «Косэй» («Индивидуальность») вышла критическая статья Эндо «Тайдзюн Такэда — кастрация духа», а также началась его работа в издательстве «Католический дайджест», куда он был принят вместе с демобилизованным старшим братом. Ранняя эссеистика Эндо вызвала резонанс в литературных кругах Японии того времени. Благодаря этому его принимают в состав редколлегии журнала «Мита бунгаку», выпускаемого филологическим факультетом родного университета.

В 1950 году Эндо уезжает во Францию, войдя в число первых японских студентов, отправленных в послевоенные годы за рубеж на государственные средства для продолжения образования. После недолгого пребывания в Марселе и Руане, он переехал в Лион. В местном университете он приступил к исследованию современной католической литературы. Обучение в университете Лиона длилось два с половиной года, после чего Эндо перебрался в Париж, планируя там продолжить свои исследования, однако в связи с резким ухудшением состояния здоровья и вызванным этим двухмесячным нахождением в госпитале Журден был вынужден в 1953 году вернуться в Японию.

Но не смотря на болезнь Эндо продолжает упорно работать. При посредничестве «Мита бунгаку» он отослал в Японию целую серию эссе о своем пребывании за рубежом для публикации в журнале «Гундзо» и «Католическом дайджесте». После возвращения Эндо в Японию весь цикл был переиздан отдельной книгой, получившей название «Французский студент». После возвращения из Франции Эндо возобновил работу в «Католическом дайджесте», редакцию которого он возглавил. Вообще это уникальная для Японии ситуация, когда писатель становится известным сначала как эссеист и уже потом как автор художественной прозы.

С 1954 года Эндо начал преподавать в Токийском институте культуры. В том же году при посредничестве Сётаро Ясуоки сблизился с кругом литераторов, впоследствии вошедших во главе с самим Эндо в историю литературы Японии как «третьи новые».

И тут, я думаю, нужно сделать отступление, рассказав об этом направлении. «Третьи новые» - это третье поколение японских послевоенных писателей. Название «третьи новые» впервые было употреблено критиком Кэнкити Ямамото. В отличие от первого (Хироси Нома, Сёхэй Оока и др.) и второго (Кобо Абэ, Юкио Мисима и др.) поколений послевоенной японской литературы, ориентированных в основном на европейскую романную традицию, творчество «третьих новых» обращает свой взор к традициям японской литературы и к малой форме. Основной особенностью литературы «третьих новых» стал фокус на отображении повседневной, даже заурядной, человеческой жизни вместо осмысления собственного, катастрофического, военного опыта или других экстремальных условий человеческого существования, что было весьма характерно для послевоенных писателей Японии первой и второй волны.

В 1954 году была написана его дебютная повесть «До Адена», которая получила высокую оценку в кругу участников журнала «Мита бунгаку», где она и была опубликована. В том же году Эндо тяжело пережил кончину своей матери, под сильным влиянием которой он находился вплоть до ее смерти. Образ матери очень сильно прослеживается в разных произведениях писателя.

Второй значимой художественной работой Эндо стала опубликованная в «Гэндай бунгаку» («Современная литература») повесть «Белый человек» (1955), которая и принесла автору премию имени Рюноскэ Акутагавы — центральную литературную премию Японии.

Эндо продолжает напряженно работать и в этом же году заканчивает повесть «Желтый человек», составившую дилогию с «Белым человеком». Год стал знаковым для Эндо: с него начинается как отсчет его литературной карьеры в качестве одного из крупнейших писателей Японии ХХ века, так и супружеская жизнь с Дзюнко Окада, брак с которой продлился до самой смерти писателя. Рожденный в следующем году от этого брака первый сын был назван Рюноскэ, в честь Рюноскэ Акутагавы и награждения Эндо премией имени этого писателя.

В 1957 году Эндо приступил к работе над романом «Море и яд», который принес ему международное признание и впоследствии был переведен на многие языки мира, серийная публикация которого началась в журнале «Бунгакукай». В 1958 году в составе японской делегации Эндо вместе с такими видными литераторами Японии послевоенных лет, как Сэй Ито, Хироси Нома, Сюити Като, Цуяко Миякэ и Масафуми Накагава, посетил Ташкент в качестве участника очередной Конференции писателей стран Азии и Африки. На обратном пути делегация побывала в Москве — единственный раз, когда Эндо был в России.

Состояние здоровья Эндо вновь ухудшается, но он продолжает активно работать и писать. В конце 1960 года вышла во многом знаковая для его понимания Библии книга «Библейские женщины». Следующий год писатель проводит в больнице Токийского университета, где переносит три операции на лёгких.

Так до конца и не оправившись, в июле 1962 года Эндо наконец-то все же покидает клинику, однако быстро вернуться к полноценной творческой жизни он не смог: этим годом датировано лишь несколько небольших эссе. В последующие годы Эндо возобновил активную литературную деятельность, публикуя многочисленные работы малой формы и вынашивая замысел нового романа («Молчание»), для сбора материалов к которому он в 1965 году вместе с другим писателем-католиком Сюмоном Миурой отправился в Нагасаки, колыбель японского христианства. «Молчание» было опубликовано в 1966 году. За «Молчание» Эндо был удостоен премии Танидзаки.

В 1967 году Эндо был назначен на должность лектора в университете Сэйо, а также был избран председателем Японского союза писателей. Продолжая сотрудничество с Сюмоном Миурой, Эндо в соавторстве с ним издал биографический труд «Интеллигенция эпохи зарождения христианства в Японии». В том же году Эндо, получив приглашение от португальского правительства принять участие в торжествах по поводу 300-летия со дня рождения Святого Винсента, посетил Португалию, где выступил с докладом, на обратном пути вновь побывав в Париже и Риме. В 1968 году возглавил редакцию журнала «Мита бунгаку», долгое время остававшегося своего рода трибуной для писателей, примыкавших к кругу «третьих новых». В 1979 был удостоен литературной премии Ёмиури. Получил почётную докторскую степень в университете Санта-Клара Калифорния в 1985 году и в Джорджтаунском университете — в 1987.

В 1990-е годы состояние здоровья значительно ухудшилось. В 1993 году им был перенесен перитонеальный диализ. После операции состояние было критическим, последовавшее за ней выздоровление воспринималось как чудо. Тяжелейшие физические страдания Эндо смог преодолеть и воспрянуть духом, пытаясь отождествить себя с библейским Иовом и начать работу над написанием комментария к Книге Иова. Замысел остался нереализованным: 29 сентября 1996 года в возрасте 73 лет писатель умер от пневмонии, вызванной распространением инфекции, последовавшим за застреванием в горле кусков пищи.

Отпевание классика японской литературы состоялось в токийской церкви Святого Игнатия. В соответствии с последней волей Эндо в гроб были положены две его книги, «Молчание» и «Глубокая река», которые он сам считал своими главными книгами.

Через все творчество Эндо проходит тема взаимоотношений христианства и традиционной синтоистко-буддисткой Японии. Этому посвящен один из самых значительных романов писателя - «Молчание» (1966).

Христианизация Японии - одна из самых драматических и противоречивых страниц в истории страны. Точкой отсчета здесь считается 1549 год, когда в Японии прозвучала первая проповедь, произнесенная на южной оконечности острова Кюсю в городе Кагосиме иезуитом Франциском Ксавье, который был тогда главой португальской миссии, прибывшей для проповеди христианства.

Местные феодалы очень быстро поняли все выгоды торговли с заморскими гостями. Они не только сами ревностно стали исповедовать новую веру, но и принуждали креститься свою самурайскую дружину и крестьян. Очень скоро почти все население острова Кюсю обратилось в христианство. Учение Христа распространилось и на главный остров - Хонсю, проникая во все слои общества. Влияние миссионеров на жизнь страны тогда было огромным. Спустя столетие власти запретили, а затем и искоренили христианство, пройдя путь от восторженного преклонения до жесточайших гонений.

Роман «Молчание» основан на реальных событиях середины XVII века, когда японские власти, искореняя новую религию, обрушили жесточайшие гонения на христиан. Три молодых португальских священника, прекрасно сознавая, чем рискуют, пробираются в эту грозную, наглухо закрытую для иноземцев страну, чтобы опровергнуть слухи о позорном отступничестве их учителя, падре Феррейры, и продолжить в Японии тайную проповедь христианства. Этот знаковый роман для писателя показывает, что приходилось проходить и какие страдания приходилось преодолевать христианским миссионерам в Японии.

В романе Эндо с документальной и почти хроникальной точностью воспроизведены эпизоды истории христианизации страны. Многочисленные теоретические диспуты между героями романа показывают, какими тернистыми путями шла христианизация Японии. Эндо умело пользуется таким приемом, чтобы показать разность позиций противоборствующих сторон.

За 100 лет между знаменитой казнью в 1597 году 26 мучеников, распятых на холмах Нагасаки, и 1657 годом, когда была совершена последняя расправа над христианами в провинции Мино, было уничтожено около четырех тысяч христиан. Но властям страны не удалось уничтожить христианство в Японии. Христиане продолжали свое служение в маленьких подпольных общинах, совершая богослужения в глубокой тайне.

Сегодня христиане в Японии составляют мизерный 1% от всего населения страны. Несмотря на это, восемь премьер-министров страны были христианами. XX век подарил Японии выдающихся деятелей и среди японских протестантов — богословов Косуке Кояма, которого считают одним из ведущих деятелей мирового христианства, и Кадзо Китамори, а также выдающийся японский правозащитник и писатель Тоёхико Кагава, который был номинирован на Нобелевскую премию мира и на Нобелевскую премию по литературе.

Был ли прав в своих неутешительных духовных диагнозах Сюсако Эндо покажет время, но произведения и подвижническая жизнь этого японского Иова помогают нам сегодня понять, какими витиеватыми и запутанными тропами идет современное христианство в стране восходящего солнца.

Читать по теме